Персональный сайт Натальи Чистяковой — Натальи Ярославовой
Natalia Chistiakova—Natalia Yaroslavova’s Personal Website

Её высокоблагородие Госпожа Ярославова - мать братьев Орловых: Михаила, Алексея, Григория, Федора и дочери Анны Орловой, Ч.1

    • Сказание Паисия Ярославова о Спасо-Каменном монастыре на Кубенском озере spaskamen.com
    • Граф Федор Григорьевич Орлов наследовавший Кубенские владения Т.Ф.Ярославовой и их детям. Художник К.Христинек
    • Граф Алексей Федорович Орлов - сын Ф.Г. Орлова и Т.Ф.Ярославовой, прибывший первым подавлять восстание декабристов
    • Генерал Михаил Федорович Орлов – сын Ф.Г.Орлова и Т.Ф.Ярославовой, Глава «Ордена Русских Рыцарей», декабрист hero-1812.narod.ru
    • Полковник Григорий Федорович Орлова – сын Ф.Г.Орлова и Т.Ф.Ярославовой, Экспедиция секретных дел (СВР), Италия. Фото Н.Симоненко
    • О детях Ф.Г. Орлова, за которыми надзирала их мать Госпожа Ярославова, после его смерти, и душеприказчике В.Г.Орлове Сайт «Отрада»
    • В.Г.Орлов- директор Петербургской академии Наук, забравший сыновей брата у Т.Ф. Ярославовой в пансионат аббата Николя usolie007.ucoz.ru
    • Никита П.Панин - муж дочери В.Г. Орлова и племянник наставника Павла I.Организатор Заговора против Павла I, худ. Вуаль Ж.-Л.
    • Никита Иванович Панин – наставник Павла I, помешавший браку Екатерины II и отца трех её детей - Григория Орлова www.empire-rus.ru
    • Григорий Орлов - отец троих детей Екатерины II, брат Ф.Г. Орлова, В.Г.Орлова, А.Г.Орлова-Чесменского и И.Г. Орлова canvas.com.ua
    • Алексей Бобринский, рожденный Екатериной II, уже будучи императрицей России, от Григория Григорьевича Орлова
    • Великий приор граф Н. Бобринский и новые члены ордена, церемония 2003 elegantnewyork.com
    • Граф Воронцов-Дашков, П.П. Родзенко, княгиня Люкреция Оболенская, графиня Т. Бобринская, С.А. Тимашев elegantnewyork.com
    • Музы «преподносят» императору Павлу Iплан Гатчинского дворца, построенного Григорием Орловым (Путеводитель)

© Наталья Ярославова-Чистякова
25-26 февраля 2013 года

Братья Орловы не просто привели Екатерину II к власти. Они стали талисманом её царствования. Ведь перевороты в истории совершали многие, но мало кто мог удержать власть после переворота.

Красавцы же великаны Алексей, Григорий, Иван, Федор и Владимир Орловы плотно стояли у престола Екатерины и никто при дворе не мог даже помыслить перечить такой Страже в составе пяти сыновей Новгородского губернатора Орлова.

Изучая историю Гатчинского приоратского дворца, я поняла, что секрет царствования Екатерины II - в Орловых («Франки на Севере: Зверинец и Приорат Григория Орлова в Гатчине, у Погоста Великой княгини Ольги»).

В этой истории главные они. И Григорий Орлов не просто - «женская прихоть» императрицы Екатерины II, а главная «инсигния» её власти. В этом объяснение того, что уже спустя десятилетия, когда Екатерина II решила перевести в дружеский формат отношения со своим властным фаворитом и отцом её троих детей, императрица заказала золотой сервиз, из более чем 3000 предметов, как знак её желания «купить» себе этим отчасти женскую свободу.

Екатерина II, безусловно, знала о родословии Орловых много больше, чем мы знаем сейчас. А братья Орловы при протекции Григория - отца детей императрицы Екатерины, не упустили время и опираясь на царскую власть попытались собрать в малых и больших монастырях и церквях все древнейшие документы, летописи и иконы, либо их списки. Такие запросы поступали от имени Екатерины II.

В контексте этой истории ещё более значительной и загадочной видится фигура госпожи Татьяны Федоровны Ярославовой, имевшей четырех сыновей и дочь от Федора Григорьевича Орлова - родного брата светлейшего князя Григория Григорьевича Орлова.

Дети Ф.Г.Орлова и Т.Ф.Ярославовой были двоюродными братьями детей Екатерины II, носивших фамилию Бобринские и Алексеевы.

И когда перед смертью Екатерина II узаконила сыновей Т.Ф.Ярославовой, возможно она полагала, что эти «новые» братья Орловы в будущем помогут, теперь уже, её детям и внукам Бобринским, рожденным от её Гатчинского мужа - Григория Орлова.

После смерти Федора Григорьевича Орлова в один год с Екатериной II (1796 г.) все его дети сначала воспитывались Т.Ф. Ярославовой.

«За всеми детьми надзирала Ярославова Т.Ф., но в мае 1798 года граф Владимир Григорьевич Орлов у нее забирает троих воспитанников: Алексея, Михаила и Григория и отправляет в пансион аббата Николя, оставив Ярославовой только двоих ее детей - Федора и Анну…»

При этом «исследователь О.Иванов на нескольких листах перечисляет добро, отданное этой женщине после смерти графа Федора, по его завещанию… Это кроме сел с деревнями и со всеми дворовыми людьми и крестьянами… » («Братья Орловы»).

Эти важные данные о братьях Орловых - сыновьях Т.Ф.Ярославовой приводятся на сайте усадьбы «Отрада» В.Г.Орлова («Масонская табакерка Ярославовой - Брянчаниновой, Академия Наук Петра I, Дубровицы и Архангельское»).

Под «всеми же воспитанниками», в описанном выше, подразумеваются также дети Е.М.Гусятниковой от Ф.Г. Орлова - Владимир и дочь. И в данном случае, называется девичья фамилия матери - Гусятникова. Сын Владимир, от Е.М.Гусятниковой, умер незадолго до совершеннолетия в 1797 году, т.е. через год после смерти отца. Год его рождения можно оценить как 1780 или 1781, в т.ч. и с учетом того, что личный камердинер Екатерины II - Попов Алексей Семенович - супруг Е.М.Гусятниковой умер в 1781 году (Некрополь Свято-Троицкой Сергиевой Лавры).

Таким образом, Е.М.Гусятникова родила сына Владимира от Федора Григорьевича Орлова сразу после смерти своего мужа «старика Попова». Или её выдали замуж за несколько месяцев до смерти А.М. Попова, когда она уже ждала ребенка.

Характер отношений Екатерины II и её камердинера А.С.Попова описывает сюжет из повести «Петербург - как он был при Екатерине Второй» (Петр Кошель)

«Любимец Екатерины старик Попов, заведовал ее кабинетом и «кладовою», где хранились драгоценные вещи, различная материя, полотна и т.п.

Однажды она приказала Попову принести для подарка кому-то часы. Попов отвечал, что у него нет таких. Она сказала, что ему нельзя упомнить все часы, хранящиеся в «кладовой». Попов продолжал стоять на своем…

Случившийся при этом граф Григорий Орлов упрекнул его в дерзости.

- Еще правда не запрещена; она сама ее любит, - огрызнулся Попов.

Екатерина настояла, чтобы ящики принесли, но, сколько ни искала требуемых часов, не нашла их.

Тогда Попов спросил ее:

- Кто же теперь прав?

И императрица перед ним извинилась…».

Как видим, Григорий Орлов был знаком с камердинером А.С. Поповым. А следовательно, с ним и с его женой Поповой (Гусятниковой ) был знаком и Федор Григорьевич Орлов.

Ну, а поскольку «старик Попов» умел защитить чувство собственного достоинства даже в отношениях с императрицей Екатериной II, то маловероятно, что он выполнял деликатное поручение и прикрывал рождение сына Ф.Г. Орлова от его жены. Тем более, Е.М. Гусятникову, в качестве матери сына Ф.Г. Орлова, именуют её девичьей фамилией.

К тому же, на кладбище Донского монастыря в Москве, где похоронены потомки А.Т. Ярославова, есть захоронение умершей в одиннадцатилетнем возрасте Гусятниковой Татьяны Федоровны, родившейся в 1783 году и умершей в 1794 году. Т.е. родилась она через два года после рождения у Гусятниковой сына Владимира от Федора Орлова. И умерла за два года до смерти Федора Григорьевича Орлова. А для захоронения девочки на кладбище Донского монастыря надо было иметь знатное происхождение.

Если Т.Ф. Гусятникова - дочь Е.М. Гусятниковой, то получается, что это второй ребенок, рожденный после смерти её мужа А.С.Попова - камер-фурьера и камердинера Екатерины II.

Елизавета Михайловна Попова - дочь московского купца Гусятникова и вдова камер-фурьера императрицы А.С. Попова умерла в 1791 году. Т.е. за пять лет до смерти Федора Григорьевича Орлова, ушедшего из жизни в 1796 году.

За несколько лет до её смерти их отношения с Федором Орловым очевидно прекратились, т.к. в 1787 году у Федора Григорьевича Орлова родился сын Алексей от Татьяны Федоровны Ярославовой.

Т.Ф. Ярославова пережила Е.М.Гусятникову, как минимум, на 40 лет. Т.е. она была моложе. И год её рождения можно оценить, в окрестности 1765 года (1760-1770).

Татьяну Федоровну Ярославову, как мать четырех сыновей и дочери от Ф.Г. Орлова, также именуют её девичьей фамилией. Здесь есть аналогия с его первыми детьми.

Татьяна Федоровна Ярославова была последней женщиной в жизни Федора Григорьевича Орлова, об этом свидетельствуют и даты рождения детей и то, что она стала главной наследницей Федора - родного брата фаворита императрицы Екатерины II.

Более того, Т.Ф.Ярославова повлияла на характер собственности, которую Федор Григорьевич Орлов приобретал в последние годы перед его смертью, что ясно из представляемых ниже данных об этих владениях.

Ранее, я больше уделяла внимание двум сыновьям Т.Ф. Ярославовой - графу Алексею Федоровичу Орлову и Михаилу Федоровичу Орлову, проведшему переговоры о капитуляции Парижа, составившему Акт капитуляции Парижа и подписавшему составленный им Акт капитуляции Парижа от имени России («Михаил Орлов - он подписал акт капитуляции Парижа и стал «Иоанном Предтечей» отмены крепостного права в России»).

Однако у Татьяны Федоровны Ярославовой было ещё два сына от Федора Григорьевича Орлова и дочь Анна Федоровна Орлова, в браке - Безобразова (Дворяне Безобразовы).

Поскольку брак Т.Ф. Ярославовой не был официальным, то их называли воспитанниками Ф.Г.Орлова.

«Федор был пятым воспитанником графа Федора Григорьевича Орлова и рожден был госпожой Ярославовой в 1792 году. Когда умер его отец, Федору было четыре года, воспитывала его мать…

Федор Орлов был знаком с А.С.Пушкиным, который собирался сделать его героем своего нового романа «Русский Пелам» о дворянине-разбойнике. Но замысел так и остался неосуществленным. Зато сохранились многочисленные воспоминания-предания о проделках Федора Орлова в Ярославле, куда он перебрался к своей родной младшей сестре Анне, бывшей замужем за губернатором Безобразовым».

Четвертый сын Т.Ф.Ярославовой - Григорий Федорович Орлов.

«У князя Алексея Федоровича (шефа жандармов) и Михаила Федоровича (декабриста) был младший брат Григорий Федорович. В 1810 году он оказался в числе семи тщательно отобранных офицеров для вновь образованной экспедиции секретных дел. Сотрудники этой Экспедиции должны были добывать разведывательную информацию за границей.

То есть Экспедиция секретных дел - прообраз военной разведки. И Григорий Федорович Орлов в числе семи отобранных офицеров был у истоков этой службы…» ( Со ссылкой на источник : Очерки истории Российской внешней разведки в 6 томах. Т.1: От древнейших времен до 1917 года. М.:Междунар. Отношения, 1995. Глава 16. «Военные агенты» Барклая)

« В 2012 году, в особняке №10 по улице Пречистенка в Москве, где жил последние свои три года жизни (с1839 по 1842) декабрист Михаил Федорович Орлов был обнаружен в одной из комнат на стене большой портрет в красивой раме. В правом нижнем углу портрета надпись: «Граф Григорий Орлов»… Возможно, Михаил Федорович повесил портрет своего брата в память о нем, так как тот жил в Италии, виделись они редко, если вообще виделись» («Братья Орловы»).

Анализируя эти сложные родственные отношения, я задалась вопросом о том, когда впервые возникло родство между Ярославовыми и Орловыми, а также не было ли среди предков Орловых кого-либо из Ярославовых, либо той крови которая дает право носить эту фамилию.

Речь идет и о том контексте, на который обратил внимание К.В.Баранов в его заметках о происхождении Паисия (Ярославова):

«Удержанное им фамильное прозвище (Ярославов) намекает на принадлежность к кругу людей, в котором происхождение рода имеет сугубо важное значение. Скорее всего, этим кругом людей могла быть некая корпорация потомственных служилых землевладельцев, институт, в котором принадлежность к тому или иному роду определяла общественное положение его членов на службе государю и среди себе подобных…

Л.А. Ярославов, был, несомненно, ярославским боярином в период независимости и сохранил свое положение в первые годы после присоединения Ярославской земли. Выяснение старинных связей семьи Ярославовых с Спасо-Каменным монастырем дает возможность обоснованно предполагать их родственную близость с Паисием (Ярославовым), в своей деятельности также тесно связанным с тем же монастырем» («Рюрики Ярославовы: Оболенские, Тверские и Мстиславичи»).

К вопросам о родстве Ярославовых и Орловых побуждало ещё и то,что профессор Р.М.Лазарчук, упоминая родственные связи Орловых с Ярославовыми, указала совсем не на Ф.Г.Орлова и Т.Ф. Ярославову, семейный союз которых возник позже. Ученая, открывшая широкой аудитории XX - XXI века «Дневниковые мои записки А.Т. Ярославова», обратила внимание на более ранее родство М.И.Ярославова и Г.Г. Орлова.

В статье «К биографии «Амфиона» XVIII века (портрет А.Р.Зузина работы художника Д.М.Коренева)» её автор Р.М.Лазарчук сообщала:

«Через своего тестя М.И.Ярославова Зузин находился в родстве с фаворитами Екатерины II Орловыми» («Потомки святых Михаила Черниговского и Федора: Ярославовы и Зузины в масонском Ярославле 18 века»)

И уже в декабре 2012 года, изучая материалы архива «Помещиков Ярославовых» в рыбинском филиале ГАЯО, я увидела подтверждающий эту информацию документ - карту совместных владений полковника М.И. Ярославова и светлейшего князя Г.Г.Орлова, на села Нестеровское и Погорелово («Рюрики Ярославовы: Оболенские, Тверские и Мстиславичи»).

При этом, в преамбуле, на карте общих земельных владений М.И.Ярославова, Г.Г.Орлова, Натальи Алексеевны Ярославовой - дочери А.Т.Ярославова и князя Вадбольского указан 1775 год.

Тогда как старший сын Т.Ф.Ярославовой - граф Алексей Федорович Орлов родился только в 1787 году, т.е. спустя 12 лет.

Одновременно 1775 год - это год, когда отношения Екатерины II и Григория Орлова уже несколько охладели, поскольку начало их бурного романа приходится на 1761 год, после чего, 22 апреля 1762 года родился их общий сын Алексей Григорьевич Бобринский. Спустя несколько месяцев после рождения сына Григорий Орлов передал царскую власть в России - матери своего ребенка Екатерине II, как пишут, «в ходе некровавого переворота». Но муж Екатерины II - Петр III этот переворот не пережил.

С точки зрения исторического опыта, такой план мог быть успешно реализован только в том случае, если сам Орлов - сын Новгородского губернатора обладал некими правами на престол России по его родословию. Т.е. если Божий промысел был на его стороне. И таким образом начиналась реализации сценария по возвращению власти в России тем, кому она и должна была принадлежать.

И если бы официальный брак, который готовили Екатерина II и Григорий Орлов, состоялся, то их потомки могли быть на престоле России. Причем этот вопрос даже рассматривал Сенат.

«На заседании Государственного совета Екатерина заявила, что желает обвенчаться с Григорием Орловым. Никто не смел ей возражать. Все боялись всесильного фаворита» (Григорий Григорьевич Орлов и Екатерина II)

Возражать посмел только воспитатель цесаревича Павла (Петровича).

«Он ревновал императрицу и ненавидел Орловых, на которых смотрел, как на выскочек … Панин заявил: «Императрица может поступать, как ей угодно, но госпожа Орлова никогда не будет императрицей российской»… Панина поддержал Кирилл Разумовский».

«Друг мой, я люблю тебя, но, если я обвенчаюсь с тобою, нам грозит участь Петра III», - сказала императрица фавориту. Орлов отказался от мысли об официальном браке, по примеру Анны Леопольдовны, и теперь требовал просто морганатического венчания, сославшись на пример императрицы Елизаветы, которая венчалась с Алексеем Разумовским. Но Екатерина возразила ему: Елизавета никогда не была женою Разумовского. По крайней мере, не сохранилось ни документов, ни доказательств этого брака. Таким образом, прецедента не существовало».

У цариц в России были разные фамилии: Сабуровы, Салтыковы, Апраксины… не понятно, чем фамилия новгородского губернатора Орлова - хуже.

Дело, полагаю, в том, что Павел - первый сын Екатерины II не был порфирородным ребенком. Порфирородными в Византийской империи именовались сыновья, рожденные во время царства, потому, что императрица разрешалась от бремени в зале, обитом пурпуром и ребенок принимался на пурпуровое сукно.

Сын же Алексей Бобринский и дочери Екатерины от Григория Орлова были рождены ею, уже будучи императрицей, т.к. Петр III вступил на престол в декабре 1761 года. Т.е. в случае брака Екатерины с Орловым дети Екатерины от Григория Орлова получали бы преимущественное право на престол России.

Перспективы Павла на Российский трон становились бы призрачными. И роль его воспитателя Н.И.Панина при дворе, естественно, снижалась. Т.е. у графа Н.И. Панина был мотив выступать против венчания Екатерины II и графа Григория Орлова.

Замечу, Екатерина II вынуждена была утверждать, что Елизавета никогда не была женой Разумовского, ссылаясь на отсутствие документов.

Однако отсутствие доступа к документам о возможном браке Елизаветы и Разумовского, не является доказательством того, что такого брака не было. Не напрасно же Екатерины II, так волновалась по поводу княжны Таракановой.

Аналогично, можно предположить, что брак Екатерины II и Григория Орлова все-таки имел место.

Церковь больше знает о венчаниях.

Косвенно, на брак Екатерины II и Григория Орлова указывает следующий факт:

«В 1973 году граф Николай Бобринский, живущий в США, торжественно учредил собственный орден госпитальеров в церкви Организации Объединенных Наций. Бобринский считал, что он единственный, кто имеет право возродить православную ветвь ордена, поскольку является прямым потомком … Екатерины II.В 1992 году Патриарх Алексий II благословил орден Бобринского, получив, правда, от него «категорическое заверение, что организация не имеет ничего общего ни с римско-католическим орденом, ни с масонством» («Почему Ярославовых при Павле I защищал Мальтийский крест (Орден св. Иоанна Иерусалимского)?»).

Вторым указанием на брак Екатерины II и Григория Орлова является тот факт, что сам граф Н.И. Панин изменил отношение к «выскочкам Орловым», либо обладал информацией, повлиявшей на последующее родство Паниных и Орловых. Сын его родного брата Петра Ивановича Панина - Никита Петрович Панин в 1790 году женился на Софье Владимировне, дочери графа Владимира Григорьевича Орлова и наследнице усадьбы Марфино. Более того, Никита Петрович Панин - супруг дочери Владимира Григорьевича Орлова был одним из организаторов заговора, приведшего к убийству императора Павла.

Речь идет о том самом Владимире Григорьевиче Орлове - директоре Санкт-Петербургской Академии Наук, который в 1798 году, через два года после смерти Федора Григорьевича Орлова, забрал у Татьяны Федоровны Ярославовой её сыновей Алексея, Михаила и Григория, с целью их дальнейшего воспитания в пансионате аббата Николя. Сын Т.Ф. Ярославовой - Федор, не прошедший подобную «обработку камня» в пансионате, типа пансионата Аббата Николя, оказался дворянином - разбойником. Тогда как «сильная кровь» у него была общая с его родными братьями Алексеем, Михаилом и Григорием Орловыми.

Если тайное венчание Екатерины II и Григория Орлова было совершено, то Ярославовы оказываются и в непосредственном родстве с царями Романовыми. Ранее такое родство у князей Ярославовых - Оболенских было через Сабуровых и князей Ярославовых Тверских (из князей Владимирских, от Владимира на Клязьме).

Однако, обращу внимание также на то, что император Константин I Великий не был рожден в официальном браке: «Отцом Константина был Констанций I Хлор (Флавий Валерий Констанций Хлор), впоследствии провозглашённый цезарем, а матерью его сожительница (конкубина) - Елена»

Браки у рода Великих совершаются «на небесах»

Поэтому продолжу разговор о фактическом родстве Орловых и Ярославовых

И, в первую очередь, меня интересует Госпожа Т.Ф.Ярославова - мать детей Ф.Г.Орлова, а также факт соседствующих захоронений Бобринской и Ярославовых. Речь идет о кладбище Донского монастыря, где рядом с надгробной плитой Кавалера ордена святого Иоанна Иерусалимского Алексея Тихоновича (II) Ярославова (1796-1856 ) находится каменный гроб С.А.Бобринской (Шереметьевой).

Казалось бы, Бобринские должны быть похоронены рядом с Орловым. Но вот это захоронение - рядом с А.Т.Ярославовым. Объяснение столь необычных захоронений может быть и в том, что сами Орловы, повторю, имели родство с Ярославовыми, в т.ч. среди прямых предков. Отсюда вполне могла появиться и совместная собственность Ярославовых и Орловых на Нестеровское и Погорелово в Черемошской волости.

Причем совладельцем некого одноименного Погорелово была сначала Т.Ф.Ярославова, а затем её сын от Федора Григорьевича Орлова - граф Алексей Федорович Орлов.

О.В. Шигаревская приводит такие данные по собственникам на деревни Деревенцово, Погорелово, Куровское, Холодушево, которые входили в приход Воскресенской Подкубеницкой церкви. Их владельцы:

1810 год - Полковница Татьяна Федоровна ЯРОСЛАВОВА.

1847 год - граф Алексей Федорович ОРЛОВ.

Причем Т.Ф.Ярославова значится собственницей этих деревень, наследованных ею сыну Алексею, уже через 14 лет после смерти отца её детей - Федора Григорьевича Орлова - брата фаворита Екатерины II.

До Т.Ф. Ярославовой названными деревнями владел Петр Михайлович Салтыков, как видится, очень важная историческая фигура во всей этой истории.

О.В. Шигаревская обратила внимание, что почти во всех имениях, оказавшихся в собственности Т.Ф.Ярославовой после смерти отца её детей Федора Григорьевича Орлова, «последовательность владельцев, в принципе, была одинаковая - Петр Михайлович Салтыков и Алексей Михайлович Пушкин, Федор Алексеевич Пушкин, граф Федор Григорьевич Орлов и Татьяна Федоровна Ярославова».

Вместе с отцом её детей - Федором Григорьевичем Орловым госпожа Татьяна Федоровна Ярославова владела, в частности, селом Кубенское ( именуемым еще иногда Ильинским) в приходе Ильинской Кубенской церкви.

При этом Ф.Г. Орлов указан среди собственников села Кубенское всего лишь за год до смерти, в 1795 году.

В 1810 год собственницей обозначена уже «Ее высокоблагородие госпожа полковница Татьяна Федоровна Ярославова»

Аналогичная ситуация по селу Воздвиженское, которое входило в приход Крестовоздвиженской Закубеницкой церкви.

За год до смерти владельцем Воздвиженского становится Федор Григорьевич Орлов, после его смерти - Т.Ф.Ярославова. Причем обозначена она владелицей так:

1810 год - Татьяна Федоровна ЯРОСЛАВОВА

1825 год - Татьяна Федоровна ЯРОСЛАВОВА.

Однако особо интересны записи, относящиеся к деревням Кулемесово, Коротково, Илейкино, Долгово и Сопятино в приходе Васильевской Едковской церкви Кубенской волости…

1791-1793 годы - Граф Федор Григорьевич ОРЛОВ

1794 год - Федор Алексеевич ПУШКИН

1795 год - Федор Григорьевич ОРЛОВ

1797 - 1802 годы - Вотчина покойного графа Федора Григорьевича ОРЛОВА

По исповедным ведомостям Васильевской Едковской церкви деревни значатся за ним до 1802 года. В то же время в метрической книге этой церкви за 1798 год эти же деревни указываются как вотчина Татьяны Федоровны ЯРОСЛАВОВОЙ

1803-1806 годы - Татьяна Федоровна ОКУЛОВА

1807 год - Татьяна Федоровна ЯРОСЛАВОВА

1819-1825 годы - Татьяна Федоровна ЯРОСЛАВОВА

1834 год - вдова полковница Татьяна Федоровна ЯРОСЛАВОВА

1849-1852 годы - Господа ОРЛОВЫ

1853 год - Граф Михаил Михайлович ОРЛОВ

1856-1859 годы - Граф Николай Михайлович ОРЛОВ

В представленных данных обращает на себя внимание следуюющее:

Во-первых, Федор Григорьевич Орлов приобретает эти земли за пять лет до смерти.

Во-вторых, почему-то на год он уступает права собственности Федору Алексеевичу Пушкину (или это ошибка)

В-третьих, в 1803-1806 годах села переходят в собственность некой тезке по имени Т.Ф.Ярославовой - Татьяне Федоровне Окуловой.

В-четвертых, конкретно эти села в приходе Васильевской Едковской церкви переходят в собственность даже не сыновей Т.Ф.Ярославовой и Ф.Г. Орлова, а в собственность её внука Михаила Михайловича Орлова от сына Михаила Федоровича Орлова. Затем села переходят в собственность уже - правнуков Т.Ф. Ярославовой.

Т.е. деревни в приходе Васильевской Едковской церкви становятся родовыми имениями потомков Т.Ф. Ярославовой и Ф.Г.Орлова.

И все эти данные о владениях Ф.Г. Орлова и Т.Ф.Ярославовой подтверждают ранее сделанный вывод о том, что Т.Ф.Ярославову особо интересовали земли бывшего Кубенского княжества вблизи Кубенского озера с его Спасо-Каменным монастырем, «Сказанием» о котором особо прославился старец Паисий (Ярославов) учитель Нила Сорского и Мартиниана Белозерского.

Повторю названия церквей в приходах, которых покупались села.

Село Кубенское в приходе Ильинской Кубенской церкви, села в приходе Крестовоздвиженской Закубеницкой церкви, села в приходе Воскресенской Подкубеницкой церкви, в приходе Васильевской Едковской церкви Кубенской волости.

Выборка совершенно четкая и интерес к Заозерско - Кубенскому удельному княжеству, выделившемуся из Ярославского княжества, вполне определенный.

А князем Ярославским д.и.н. Р.Скрынников именует князя Александра Ярославова, в его исследовании «Иван Грозный» («Казанские помещики»: Ярославовы и Екатерина II. «Казанская ссылка» князя Александра Ярославова - Ярославского»).

Этот Кубенский княжеский удел некогда получил потомок Ярославского князя Федора Ростиславича Черного (вторая династия), четвертый сын Василия Васильевича Ярославского - Дмитрий.

В свою очередь, «один из сыновей князя Дмитрия Васильевича - Фёдор, унаследовал Заозерье, а другой, Семён, получил в качестве приданого Кубену или Кубень - территорию, находившуюся к юго-востоку от озера, начиная от устья реки Кубены. Близ впадения Кубены в озеро находилось поселение, издревле известное как Кубенский Городок. Этот Городок и был, по всей видимости, центром княжества. Третьим сыном князя Дмитрия Васильевича Заозерского был известный святой Андрей (Иоасаф Каменский).

По причине родства заозерских князей с мятежным Дмитрием Шемякой, в 1447 г. царь Василий II отобрал и Заозерье, и Кубену у их владельцев».

Духовником же царя Василия II был старец Паисий (Ярославов). При этом именно его ученик Мартиниан Белозерский отмаливал грех Василия Темного, нарушившего клятву целования на кресте (Дмитрий Ерамаков «Корни и крона»).

«Одним из учеников Паисия Ярославова был святой Мартиниан Белозерский (в миру Михаил), уроженец Сямы (по некоторым данным деревни Березники) - тоже великий книжник и автор церковных текстов. Он был одним из первых игуменов Ферапонтова монастыря, игуменом Троице-Сергиева монастыря».

Вероятно, с этими событиями и связаны акты мены Кубенских земель, которые описывает К.В.Баранов. Причем при этих актах мены присутствовал боярин Ярославов (Алексей Ярославич )

«Как известно, часть ярославских земель ещё до 1463 г. была присоединена к Московскому государству. Одной из таких земель была Кубена, где располагался и Спасо-Каменный монастырь, пострижником которого был Паисий (Ярославов). В архиве Спасо-Каменного монастыря сохранилась меновая грамота, выданная ещё до перехода Кубены в московские руки, около 1440-х г.г., уже известного нам Ярославского князя Александра Федоровича. Согласно этому документу, князь передавал монастырю ряд своих земель взамен монастырской земли, взятой ещё отцом ярославского князя (Я отец - Федор Васильевич сын Василия Васильевича сына Василия Давыдовича - сына св. Давыда - сына Федора Черного). При совершении этого акта присутствовали служилые люди князя, прямо названные боярами - Давыд Матфеевич, Алексей Ярославич и Александр Александрович. Выяснение старинных связей семьи Ярославовых с Спасо-Каменным монастырем дает возможность обоснованно предполагать их родственную близость с Паисием Ярославовым, в своей деятельности также тесно связанным с тем же монастырем» («Заметка о происхождении Паисия (Ярославова)», К.В.Баранов).

В статье «Казанские помещики»: Ярославовы и Екатерина II. «Казанская ссылка» князя Александра Ярославова - Ярославского» я обращала внимание на то, что госпожа Т.Ф.Ярославова, в связи с близостью к семье императрицы и «казанской помещицы» Екатерины II была наиболее осведомленной фигурой, имевшей доступ к информации о родословии князей и бояр Ярославовых., а также я полагаю, о земельных владениях князя Александра Ярославова Ярославского, отправленного вместе с семьей в казанскую ссылку, а затем казненного там после «заговора» Челяднина.

Видимо, обладая этой информацией вместе с Федором Григорьевичем Орловым, отцом четырех её сыновей и дочери, она убедила его купить Кубенские. Подкубенские и Закубенские владения, являвшиеся, вероятнее всего, родовыми вотчинами Ярославовых, как минимум, с времен правления Василия II Темного. А скорее, возвращенные в годы его царствования

Однако здесь есть ещё один вопрос:

Каким образом, все эти Кубенские владения в границах прежнего Ярославского княжества оказались в собственности Петра Михайловича Салтыкова, и почему от него переходили Пушкиным.

Прежде чем, обратиться к конкретной фигуре Петра Михайловича Салтыкова, обращу внимание, что Салтыковы, а точнее Салтыковы - Морозовы - это потомки Михаила Прушанина, прибывшего с многочисленною свитою примерно в середине XIII столетия в Новгород к великому князю Александру Ярославичу Невскому, родным братом которого был князь Владимирский Ярослав III Ярославiв- родоначальник Тверских князей. После смерти Александра Невского многие его уделы «приведены в волю» потомков Ярослава III Ярославiва.

При этом, оба брата: Александр Невский и Ярослав Ярославов были сыновьями князя Ярослава Всеволодовича, родным братом которого, в свою очередь, был князь Константин Всеволодович Мудрый. Сын этого Мудрого Константина - Всеволод Константинович и был первым Ярославским князем. От него княжество перешло святым князьям Василию Всеволодовичу и Константину Всеволодовичу.

Таким образом, потомки князя Александра Невского и князя Ярослава III Ярославова имели права на Ярославское княжество и на выделившееся из него Кубенское княжество.

А Салтыковы, повторю, это потомки Михаила Прушанина, прибывшего служить этому княжескому клану, также как Морозовы и Шестовы, из рода которых после Смутных времен была царица Марфа- мать Михаила Федоровича Романова.

«Происходила из костромских дворян. Предположительно, дочь Ивана Васильевича Шестова, избранного в «тысячу» Ивана Грозного. В родословных сказках Шестовы наряду с Морозовыми и Салтыковыми показаны потомками некого Миши Прушанина» («Царица-инокиня Марфа»).

Т.е. это Салтыковы - к Ярославовым, а не наоборот.

Такова иерархия.

Этим фактом и объясняется современный интерес Морозовых к имению «Нероново» Марии Михайловны Ярославовой, около Костромы («К 130-летию ФСО родовое имение первого руководителя охраны императора - легендарное Нероново продали…»).

Ведь сама Мария Михайловна Ярославова - Черевина является дочерью Михаила Ивановича Ярославова, владевшего землями на Черемхе в Ярославском уезде вместе со светлейшим князем Григорием Григорьевичем Орловым - отцом троих детей Екатерины II («Помни имя свое: Фантом Ярославовых и Черевиных в «Малой Третьяковке» усадьбы Нероново…»)

Что касается Петра Михайловича Салтыкова владевшего имениями на Кубене, затем перешедшими к Федору Григорьевичу Орлову - отцу детей Татьяны Федоровны Ярославовой, то в истории России было два известных Петра Михайловича Салтыкова: Петр Михайлович I Салтыков и Петр Михайлович II Салтыков

С учетом дат, владеть этими имениями до Орлова и Пушкина мог только Петр Михайлович II Салтыков, который почти 20 лет был Белгородским губернатором, а затем попал в опалу при царице Елизавете. И вероятно по этой причине из многих родословий Салтыковых, упоминание о нем было исключено.

Указанием на то, что речь, действительно, идет о Белгородском губернаторе являются следующие данные о владельцах села Кубенское:

«1743 год - Действительный ее Императорского Величества камергер и Архангелогороцкой губернии губернатор Алексей Михайлович ПУШКИН. «Статцкой» действительный советник и Белогороцкой губернии губернатор Петр Михайлович САЛТЫКОВ».

Белгородская губерния, о которой идет речь, была выделена из Киевской губернии 1 марта 1727 года и состояла из трёх провинций - Белгородской, Орловской и Севской. Она занимала площадь, на которой сейчас расположены Белгородская, Брянская (частично), Курская и Орловская области (W). И в этом кратком описании обращает на себя внимание созвучие Орловской провинции и губернии с фамилией Ф.Г.Орлова, ставшего собственником имений этого самого П.М.Салтыкова на Кубене.

Орловская губерния, кстати, была образована Екатериной II 5 (19) сентября 1778 года и очевидно посвящена братьям Орловым.

Историю же Петра Михайловича II Салтыкова, о котором идет речь, рассказывает статья

«Губернаторы Белгородской губернии» (Е.С.Баздеров)

«На должность губернатора Белгородской губернии именным указом императрицы Елизаветы Петровны в 1742 г. был назначен Петр Михайлович Салтыков, который этим же указом был произведен и в действительные статские советники. По времени пребывания в должности белгородского губернатора П.М. Салтыков находился дольше всех других губернаторов (около 20 лет). В конце пребывания в должности губернатора в его деятельности были вскрыты серьезные нарушения. Поэтому указом императрицы Елизаветы Петровны от 21 августа 1760 г. было велено произвести «строжайшее расследование о противозаконных поступках губернатора Белгородского Салтыкова». Следствие длилось около полутора лет. 27 декабря 1761 г. указом императрицы оно было прекращено, а сам П.М. Салтыков был вызван в Санкт-Петербург, где его и отстранили от управления Белгородской губернией. Прошлые заслуги самого П.М. Салтыкова, а также положение его родственников, способствовали тому, что Петру Михайловичу удалось избежать серьезного наказания за свои злоупотребления. Поэтому, когда в 1762 г. он обратился с прошением об отставке от государственной службы вообще, император Петр III не только отпустил его с миром, но и пожаловал очередной чин - тайного советника. Обращает на себя внимание тот факт, что имя П.М Салтыкова отсутствует во всех известных нам родословных списках рода Салтыковых».

Данных о Петре Михайловиче II Салтыкове, действительно, мало. Мне удалось найти информацию о том, что в Петербурге он владел двумя домами № 5 и № 9 на набережной лейтенанта Шмидта. Сейчас эти дома называют дом Умновой и дом Кенига («Набережная лейтенанта Шмидта»).

При этом, «Первыми жителями набережной Лейтенанта Шмидта кроме Трезини и Остермана стали сподвижник Петра I Конон Зотов (дом №3), белгородский губернатор П. М. Салтыков (дома №5 и 9), тайный советник Кайзерлинг (дом №7), канцлер Александр Головкин (дом №11). (Набережная лейтенанта Шмидта).

Сподвижником Петра I был граф Андрей Иванович Остерман ( Ге́нрих Иога́нн Фри́дрих Остерма́н). Ему и был подарен дом на набережной лейтенанта Шмидта, рядом с домом Петра Михайловича II Салтыкова, чьи села и деревни на Кубенском озере стали собственностью Федора Григорьевича Орлова и Татьяны Федоровны Ярославовой.

Сыном графа А.И.Остермана был граф Иван Андреевич Остерман.

Именно среди вотчинников И.А.Остермана в Рязани с.Красное упоминается некий Федор Ярославов, который по возрасту вполне мог быть отцом Т.Ф.Ярославовой, в следующем контексте:

«помещика Ярославова Федор Сергеев, вотчинный староста графа Остермана села Ильинского»

Формулировка не удачная. Точно нельзя утверждать, что речь идет именно о Ярославове Федоре Сергеевиче, но то, что речь идет о помещике Ярославове - в этом сомнения нет. Документ называется «Правительственное сообщение о деятельности крестьянских отрядов против армии Наполеона в Московской губ.» («Из «Дневника партизанских действий» Д. В. Давыдова об участии крестьян в войне»).

Наряду с этим, указанием на Рязань является и то, что Татьяна Федоровна Ярославова именуется «Рязанской помещицей», а даже не Кубенской. Похоже, что её родовые вотчины были, как раз в Рязани.

Что касается графа И.А.Остермана, рядом с именем которого упоминается помещик Ярославов в записках Давыдова, то « в 1757 году он был назначен членом русского посольства в Париже, потом, с 1760 года, посланником в Стокгольме (вместо Н. И. Панина), а в 1774 году - членом коллегии иностранных дел. При восшествии на престол Павла I возведён в высший сан государственного канцлера Российской империи.

Умер бездетным и был похоронен в своём майоратном имении - селе Красном Рязанской губернии. Также владел усадьбой Ильинское.

Фамилия Остерман, указом Екатерины II 1796 года, была передана внуку графини А. А. Толстой, урождённой Остерман, Александру Ивановичу Толстому» (Граф А.И. Остерман).

Вот у этого графа А.И. Остермана - Толстого, хорошо знакомого с Михаилом Орловым, на Английской набережной в Петербурге (напротив набережной лейтенанта Шмидта) и прятались декабристы 14 (26) декабря 1825 года («Ярославичи и Арслановичи, как ключ к пониманию тайны Казанской Богоматери и истории Рязанских князей «Московского княжеского Дома»).

В этом смысле, некоторые ключи от этой тайной истории находятся в Петербурге.

И отчасти прояснить эту историю может судьба имения, доставшегося Николаю Михайловичу Орлову от генерал-аншефа и кавалера Федора Григорьевича Орлова по наследству и по раздельному акту, совершенному во 2-м департаменте Санкт-Петербургской палаты гражданского суда 8 апреля 1852 года, на недвижимые имения в Вологодской губернии и уезде в павшнях: Лендобе, Мегляеву наволоке тож, и других. (ГАВО, фонд 178 опись 2 дело 564, л.3-4).

Продолжение следует…

Все материалы раздела «Новости, комментарии, ремарки»

Реклама


© Авторские права на идею сайта, концепцию сайта, рубрики сайта, содержание материалов сайта (за исключением материалов внешних авторов) принадлежат Наталье Ярославовой-Оболенской.

Создание сайта — ЭЛКОС