Персональный сайт Натальи Чистяковой — Натальи Ярославовой
Natalia Chistiakova—Natalia Yaroslavova’s Personal Website

Дворяне поэты, Белая Дама - Тригла и валлийский «Godоdin»: Дмитрий Ярославов: «Сон про Облакон»

© Н. Б. Чистякова-Ярославова
13 октября 2010 года, Санкт-Петербург

Есть такая валлийская поэма шестого века, которая называется «Gododin». Иногда современники пишут «God Odin» с намеком на бога Одина. Не уверена, что это правильно, поскольку сама поэма посвящена «Битве Деревьев», а также священному соответствию между названиями деревьев и букв. Считалось, что Тайное имя Бога нации можно было узнать по деревьям, которым она поклоняется и, тем самым, спасти её.

Однако вычислить имя бога, что и есть главная ТАЙНА, никому особо не удавалось. Знали об этом только древние кельтские поэты учителя, «которые поначалу были также и священниками, и судьями, и неприкосновенными личностями … По-ирландски их называли fili, или провидец, по-валлийски - derwydd, или дубовый провидец, от чего скорее всего происходит и «друид».

Эти тайны поэтического колдовства открыты миру в книге «Белая Богиня» Роберта Грейвса… А название книге дала та самая Белая Богиня, кому-то привычнее - Белая дама, Муза поэтов и София - на плече пророков («СЛАВА СОФИИ и СЛАВА ЯРУ: Посвящается тысячелетию Ярославля и Софии Премудрости Божией»).

Автор этой книги, Роберт Грейвс, 50 лет посвятил поэзии, а в финале жизни открыл её колдовские тайны.

Итак, высшей кастой поэтов были Друиды - Дубовые провидцы - Учителя…

«Основным занятием ирландского учителя - поэта было доведение сложной поэтической истины до афористического выражения. Он знал историческое и мифическое значение каждого употребленного им слова и вовсе не заботился о признании своего труда обыкновенными людьми»… Друиды не писали ни о природе, ни о любви… Они писали о вечном, и о мироздании! «Образование, которое они получали, было довольно широким. Они знали историю, музыку, юриспруденцию, естественные науки и богословие, и это подвигало их на сочинительство во всех областях, так что Огма, бог красноречия, мог бы показаться важнее Бригиты, Музы трех ипостасей»

Словом же «бард» в Ирландии называли «поэтов, не прошедших «семи ступеней мудрости», которые после очень трудного двенадцатилетнего обучения сделали бы его ollave».

Ну и наконец, были менестрели. «Менестрель был joculator, или увеселителем, а не священником: то есть, искавшим покровительства военных олигархов и не имевшим завидной выучки поэтов. Он мог помогать себе и мимикой, и жестами, но в Уэльсе он, по сути, был просителем, eirchiad, то есть человеком без профессии, приносившей постоянный доход, а потому зависимым от щедрости вождей».

С тех пор прошли сотни лет.

Поэтов, говоривших Афоризмами на языке аллегорий, также как это делали Пророки, почти не осталось, но врожденная тяга к поэзии, со всей очевидностью, прорастала через гены, через колена, через роды…

«Поэтами рождаются, а не становятся». Смысл этого утверждения в том, что природа поэзии слишком таинственна, чтобы ее можно было исследовать, гораздо таинственнее, чем природа королевской власти, потому что королями можно не только родиться, но и сделаться, да и цитируемые высказывания покойного короля не имеют никакого веса: ни для проповедника, ни для адвоката».

Если через призму тайн этого поэтического колдовства посмотреть на творчество современных поэтов, то сразу станут понятны и их корни и их потомки.

Как минимум, по тем темам, которые они выбирают, а также по тому: соглашаются ли они обслуживать власть или им претит подобная зависимость от «кормящей руки», и они предпочитают тяжело работать по ночам, лишь бы не писать «баллады тиранам».

Я не могу тут не вспомнить Николая Колычева, которому посвящала статью «Православная газета» о Двух Николаях, о «поэтическом кресте» и поэтической Солидарности» (Мурманск - Тюмень - Петербург - Можайск ). И я практически уверена в том, что поэт - из древнего рода Колычевых, известного Колычевым митрополитом, обличавшим опричные злодейства царя Ивана Грозного.

В первые годы после революции, в старинном городе Мыщкин жил также Александр Колычев. Он был расстрелян. Дневники же о трагедии пост-революционного Мышкино оставил Дмитрий Ярославов, но другой - Платонович. «Репортаж с петлей на шее» - так назвал их член Союза журналистов России Юрий Порецкий («О Мышкине старом замолвлю я слово»)

Я не могу тут не вспомнить поэта Бориса Щербатова с его стихотворением «Люди-Лебеди». Был такой род князей Щербатовых, происходящий от князей Черниговских. Родоначальник - князь Василий Андреевич Оболенский, по прозвищу Щербатый (XVII колено от Рюрика). Статья о поэте называлась: «Борис Щербатов: «Примеряй, Наталья, эти крылья - Звонкие, как струны стремена!…»

Я не могу не вспомнить про поэта Михаила Панкратова - автора сборника стихотворений «Лебедь Белая», благодаря которому в Троице Сергиевской Лавре зазвучал «Царь Колокол» России. Об этом подвижничестве, и я бы сказала, поэтическом подвиге, статья: «Набат «Царь-колокола» России и предтеча «Лебеди Белой». Панкратовы - это тоже древний род. И если внимательно почитать стихи поэта, то он и сам это осознает.

То же самое я могу сказать о Владимире Высоцком. Я не встречала книг по его генеалогии. Но, волею судьбы, изучала аристократическую Троице-Сергиевскую пустынь Санкт -Петербурга, основанную Варлаамом Высоцким, и тонко прочувствовала - род Высоцких. И, поверьте мне, нет случайности в том мистическом пути, который некогда привел В.Высоцкого с его отцом в дом на улице Мясницкой 35. В своем родословном поиске, называю его «особняк Ярославовой» («Ярославовы - Соколовы: таинственная могила князя Василия, кресты тамплиеров на изразцах и герб Лелива…»)

Кому - то, быть может, покажется, что я намеренно выбирала стихи только родовитых поэтов.

Нет, все было не так. Тот факт, что они все, по совпадению, из древних родов я поняла позже.

Сначала, после прочтения нескольких, особо сильных, с моей точки зрения, стихотворений, я испытала то, что совершенно верно описывает автор книги о «Белой Богине» Роберт Грейвс: « волосы встают дыбом, слезы текут из глаз, мороз пробегает по коже».

Приведу эту цитату подробнее, потому что она очень важна, в тех моих выводах, которые я хочу представить ниже.

«…способность к поэтическому видению проверяется достоверностью изображения Белой Богини и ее острова. У человека волосы встают дыбом, слезы текут из глаз, мороз пробегает по коже, когда он пишет или читает истинную поэзию, и причина здесь в том, что истинная поэзия непременно вызывает Белую Богиню, или Музу, Мать Всего Сущего, издревле обладающую властью над страхом и вожделением, - паучиху или королеву пчел, чьи объятия несут смерть.

Хаусман предложил еще один способ распознать истинную поэзию: отвечает ли она фразе Китса: «…все, что напоминает мне о ней, проходит сквозь меня, как копье». Это также имеет отношение к Теме. Китс, на которого уже пала тень смерти, писал о своей Музе, Фанни Броун, а «копье, охочее до крови», - традиционное оружие черного палача.

Иногда бывает, что читаешь сцены, в которых нет людей и событий, а волосы все равно встают дыбом, значит, Белая Богиня так или иначе присутствует в стихах».

Вот здесь появляется тема «Поэт и Смерть», к которой я давно уже хочу подойти, но которую почти никто не прочувствовал даже отдаленно.

В принципе, я впервые встретила автора, который это проговорил и понял…

Отсюда - Смертность поэтов… Отсюда - Смертность тех, кто работает на Вершине вдохновения… Ученых… Артистов…

Я уверена, что многолетняя подготовка Поэтов-Друидов-Пророков как раз и включала навык:

«Не УМЕРЕТЬ на вершине ВДОХНОВЕНИЯ»

Я ещё не раз вернусь к этой теме !

Потому что ВСЕ на планете боятся общаться с Белой Богиней и посылают туда потомков кельтов и WENов !

И они там погибают, оставляя блистательные следы СЛАВЫ!

«Белая госпожа смерти и вдохновения» - именно так её называет Роберт Грейвс.

Имя ей Альбион !, от которого произошло название реки Эльбы (Albis на латыни).

Имя ей - Богиня Урожая! Так воспевали её валлийские барды «Wen означает «белый», a cerdd- по-валлийски и по-ирландски «прибыль», но еще «вдохновенное искусство, особенно поэзия».

О ней пишут, как о Белой Богине, «потому что белый - ее основной цвет. Это цвет первой богини из лунной троицы. Когда Суид Византийский замечает, что Ио-корова меняла свой цвет с белого на розовый, а потом на черный, он хочет сказать, что молодая луна - белая богиня рождения и взросления, полная луна - красная богиня любви и войны, старая луна - черная богиня смерти и прорицания».

Это она, та самая Тригла, фотографию которой мне посылал В.И.Симоненков - автор книги о Богине Софии:

«Высылаю Вам один из подарочных вариантов книги с изображением Софии на титульном листе. Кто автор и где установлено это изображение, я не знаю. Я не смог также расшифровать её имя, (возможно местных народов), которое стоит перед «Матра Сва». Возможно, Вы сможете расшифровать это слово…»

На фотографии, упоминаемая Богиня «Матра СВА» изображена с «Трезубцем». Она в Шлеме и у неё символ «третьего глаза». Выраженная грудь и бедра с тонкой талией.

Подпись такова: «ТРИГЛА: МАТРА СВА ЗОЛОТАЯ БАБА. В знак её прихода на земли Предков <> ОНА имеет власть над РОДОМ. Почти её как умеешь. НЕ ВРЕДИ! Навредишь себе и близким».

Сложился стереотип, когда подобный Трезубец в руках Триглы (Золотой бабы) называют Трезубцем Рюриков и отождествляют с Соколом. Правда, он перевернут наоборот.

Однако, все идет к тому, что у символа Рюриков - другое значение.

Ровно такой же знак «трезубца» есть на иконе, хранившейся в той ветке Ярославовых, к которой относится Ярославов Дмитрий - сын Марии Павловны Ярославовой.

Сведения обо всех иконах, хранившихся в этой семье, мне прислали по моей просьбе.

Просто после того, как многое открывалось в судьбе рода Ярославовых через историю иконы Николы Закамского, я поняла, что информация о семейных иконах является очень важной для любого родового поиска.

В ряду необычных икон, та икона, которую я сегодня представляю(три фотографии), а также Резная миниатюра размером 10х14 см, про которую написали так:

«Резная миниатюра Сергиевского Посада. Работа Хрустачёвых, XIX век. Её привезли из города Тотьмы. Аналог находится в Сергиевском Посаде в Историческом музее Лавры, в зале №4». Ещё, с моей точки зрения, важны две маленькие иконки, выполненные в технике ростовской финифти: образ Пантелеймона целителя и образ Печерской Божьей Матери и иконка с изображением Серафима Саровского».

Вместе с этими иконами мне прислали Отрывок из Сказки в стихах Дмитрия Ярославова, которую он сам назвал « Сказкой-сон про Облакон». Как пишет Надежда- дочь Дмитрия Ярославова: «В этой сказке мой отец отразил всю историю нашей страны, начиная с языческих времён и кончая событиями сегодняшнего дня. Около 2-х месяцев я переписывала её на компьютере, а затем проверяла соответствие написанному оригиналу. Из 160 страниц рукописного текста в общей тетради стандартного размера у меня получилось 42 страницы на листах формата А 4. Дмитрий Николаевич, мой отец, был очень любознательным человеком. У него была большая библиотека с подборкой книг по культуре народов мира, археологии, истории древнего мира и средних веков, психологии. Много книг было по военной тематике, посвящённой силе человеческого духа в экстремальных условиях… От лица языческого бога дал оценку всем происходящим событиям. Посылаю Вам отрывок, где девушка рассказывает своему избраннику про своих родственников, в данном случае - про своего деда».

Обращу внимание, что в семье Дмитрия Ярославова хранились христианские иконы, и он был потомок священников. Но при этом он пишет Сказку от лица языческого бога.

Этот же парадокс был у моего отца. Его мысли очень занимал Бог Перун и он много говорил про те самые Волоки, которые описаны в Сказке «Сон про Облакон». Я вижу в ней много совпадений в темах и раздумьях, которые посещают и меня и моего отца. Это и Криво-Кривичи, и жертвоприношения, и торговля, которую трудно отличить от войны, и многое другое.

Я христианка, но уделяю в своих статьях внимание и язычеству, которое предшествовало христианству. Это история религии.

Поэт Михаил Панкратов решил даже помолиться за меня… Ему, быть может, показалось, что я пропадаю…

Пропадаем мы все одинаково !

И как это происходит описано у Владимира Высоцкого:

«Что-то воздуху мне мало, ветер пью, туман глотаю, Чую, с гибельным восторгом, пропадаю, пропадаю…»

Это не язычество.

Это Белая Богиня, у которой мы вымениваем Вдохновением на нашу жизнь…

Потому что мы не знаем того, что знали Друиды…

Мы даже не «бальзамируем себя медом», прежде чем войти в эти состояния, как это делали наши предки

И чем ближе поэты знакомы с Паучихой и Королевой Пчел - Белой Дамой, тем чаще им приходится запивать вином, полученные «дозы смертельной радиации».

В этом Русском Вдохновении - истоки Русского алкоголизма !

Не случайно приведенный отрывок Дмитрия Ярославова завершается строками «Дед знавал в товарах толк: покупал у персов шёлк, И, конечно, заодно, для души своей - вино…». Не секрет, что иногда был «Нестойким» и мой отец, также как «Нестойким» был и Сергей Есенин, увлекавшийся феноменом Яра.

Все Скандинавы подвержены этой «Нестойкости».

Двери, открытые для общения с Белой Богиней - это Божественный дар.

Нам только надо вернуть знание о том, какими технологиями подготовить свое тело, к свиданиям с Богиней Смерти.

Подтверждаю, что к этому знанию надо идти годы и годы, даже если кто-то этому и учит… А если не учит - то методом проб и ошибок…

Те трусы, которые стоят за спиной вдохновенных потомков кельтов и друидов, со своим пошлым стебом: «Иду на грозу!», прекрасно знают последствия этой «радиации», посылая Вдохновенных Русов «за прибылью и урожаем» к Богине Смерти - Богине Тригле.

Ну что ж, они решили «Играть со Смертью!»… И получать от неё Дары через посредников, забывая заплатить…

А потом цари Руси и близкие к ним странно умирали…

А потом меня начинают мучить вопросами по моим статьям о Соломонии Сабуровой.

И вопрос всегда и во всех письмах один.

В чем сила Проклятья Соломонии Сабуровой ? И почему престол России Терновый ?

Ответ:

Потому что это проклятье от богини Смерти ! Она же - София ! Она же - Тригла!

А Смерть умеет взять свое! Ведь те, кто взял Прибыль (Творение) Богине ничего не заплатили. Они считают, что она - «Не от мира Сего!»…

В чем они правы - так в этом ! Смерть не от мира сего…

Только Смерть и Вдохновение - две стороны одной медали…

Также как Свет и Тьма …

Читая книгу о «Белой Богине» я ещё раз утвердилась в том, что права в своем увлечении Енохом и архангелом Уриила, архангелом Света («Архангел Уриил и МЧС: кто даст Знание о «Ковчеге Спасения» 21 века»):

«…Я согласен с Карлом, Баркиттом, Остерли, Боксом и другими знатоками Библии, что никто не смеет надеяться понять речения Иисуса, не прочитав Книгу Еноха, исключенную из канонического Apocrypha, но внимательно изучавшуюся ранними христианами. К счастью, я читал ее и знаю, что должен быть - Уриил, ибо именно Уриил наставляет Еноха насчет «падения Люцифера в адскую бездну». Любопытный исторический факт заключается в том, что стих о наставлении Уриилом Еноха не содержится ни во фрагментах греческой Книги Еноха, процитированных византийским историком девятого века Синкеллом, ни в ватиканском манускрипте (1809), ни в отрывке Книги Еноха, вошедшем в Послание Иуды. Он появляется только в тексте, найденном в Акхмиме в Египте (1886), и в эфиопском переводе раннего греческого текста, который единственный, насколько известно, сохранился до тринадцатого столетия. Где же Гвион отыскал эту историю? Неужели он знал эфиопский язык? Или он нашел полный греческий текст в библиотеке какого-нибудь ирландского аббатства, уцелевший в яростной войне викингов против книг? Текст в Первой книге Еноха (18:11; 19:1, 2, 3) гласит…».

Так что не надо беспокоиться о моей христианской стойкости…

К тому же Наталья - защитница христианства и родилась в день Урожая и иконы Софии Премудрости Божией… («Наталья, Адриан и Владимир: 8 сентября»)

И вот, по этой самой Премудрости, получается так, что древние роды, которые когда-то поклонялись Деревьям, а также знали Буквы-Деревья, и в наши времена являют миру гениальных поэтов…

На это прямо указывают и есенинские строки …

«Уж я хожу украдкой нынче в лес, Молюсь осинам… Может, пригодится…»

Но в связи с исчезновением «Школы Поэтов», также как «Школы Пророков» и «Школы Ученых», поэты, ученые и пророки либо погибают «с гибельным восторгом», либо не могут взять те высоты Гениальности, которые дарованы им по их врожденному потенциалу.

Кого-то потом всю жизнь тревожит поэтический дар, но не хватает знания о ямбе и хорее.

Кто-то знает о ямбе, но не имеет эрудиции для того, чтобы вложить в текст содержание и глубокий смысл.

А у многих просто нет энергии, потому что они или не нашли себя, или потеряли.

В этой же книге о Белой Богине, которую я выбрала сегодня проводником для многих мыслей, даже о классической поэзии написано так:

«Несмотря на глубокое чувственное удовольствие, доставляемое классической поэзией, от нее волосы никогда не встанут дыбом и сердце не захочет выскочить из груди… Романтический - удобное определение, когда речь идет о возвращении в Западную Европу с помощью авторов поэтических сказаний мистического поклонения женщине, однако слово это запятнано неумеренным употреблением. Типичный романтический поэт девятнадцатого столетия был физически нездоровым неуравновешенным человеком, приверженцем лекарств и меланхолии; а истинно поэтом - только в своем фаталистическом отношении к Богине как к властительнице его судьбы. Каким бы талантливым и прилежным ни был классический поэт, он не в силах справиться с тестом, потому что хочет быть повелителем Богини и унижает ее, относясь к ней как к кокетке, полагающейся на его опеку. Иногда, правда, он еще и сводня, если пытается украсить свои строчки ворованными чарами истинной поэзии»

По большому счету, этот сегодняшний разговор - о потерянном Даре, который дан России.

Даре - убитом.

Но одновременно, постоянно возрождающемся из поколения - в поколение.

…Напоминающем нам о себе и беспокоящим нас склонностью к рифме и к писательству «в стол»…

И я заметила, изучая родословие, что даже если стихи моего отца Бориса Ярославова («Борис Ярославов: Где-то рядом плутала удача»), или Дмитрия Ярославова, не столь профессиональны, как у членов «Союза Писателей», но в них есть Мысль и Знание.

А Знание - это уже Знак бардов, а не Менестрелей, услаждающих военных олигархов и зависящих от щедрости властей.

А потому они вызывают у меня уважение, много большее, чем «стихоплетство» тех, кто вроде что-то учил, но никогда не испытал беспокойство тех, кто годами «писал в стол».

Вот с такой преамбулой я и хочу представить отрывок из «Сказки Сон про Облакон» Дмитрия Ярославова…

Если человек писал 160 страниц более 10 лет, следовательно, он все эти 10 лет размышлял об истории России и, верно, знал о том, что стихотворная форма - один из лучших способов сохранения памяти в народе.

Именно со ссылкой на такой аргумент об особенностях народной памяти, мне даже однажды подавали идею сохранить в стихах «Историю недропользования в России»…

Детям и юношам история недропользования не столь интересна. Хотя в перспективе, быть может, уроки Нефтяной судьбы России и её Нефтяного проклятья станут наилучшей темой для афористической и аллегорической поэзии.

Сейчас же я хочу представить Сказку Дмитрия Ярославова, где мне интересен сам выбор акцентов: и о характере Варягов, и о Волжской Булгалии, и о разбойничестве…

Во всяком случае, для рода он сохранил бесценную информацию, за что ему глубокий поклон.

Быть может знаки Белой Богини, что на иконе, так на него повлияли.

Отрывок из «Сказки Сон про Облакон»

Бабкин муж - мой дед - варяг, тихо жить не мог никак.
Шел всегда своим путём, хорошо владел мечом.
Предприимчив был и смел, управлять людьми умел.
Дед усвоил наш язык вскоре, как сюда проник.
Он твердил частенько нам: «Будь угоден всем Богам!
Ради их к тебе любви не жалей чужой крови.
Жертвы - не бесплатный дар - это твой для них товар.
За него они потом рассчитаются добром».
Он торговлей и войной жил с дружиною одной
Из людей варяжских стран, разной чуди и славян.
С ней в весеннюю пору поднимался по Днепру

На ладьях и плыл в приток, тот, что к Волге ближе тёк
Шли к заветным берегам, по озёрам, по ручьям,
Где ладьи плыть не могли, их вручную волокли
Посуху. Стелили гать, чтобы в топях не застрять.
Шли сквозь дебри кривичей, даже в сумерках ночей,
Завершить, чтоб переход в дни высоких вешних вод.
А в пути, ведь, иногда может где-то ждать беда:
Вдоль дорог, близ берегов, там - места засад врагов,
Жадных до богатств чужих. Дед готов был встретить их.
С ним всегда его гребцы: и торговцы, и бойцы.
Наконец-то - вот она, Волги плещется волна!
Впереди - речной простор синей далью манит взор.
Волгу, жертвой одарив, вод Владыку тем почтив,
Дед повёл ладьи в Булгар, будет там большой Базар.
Там с товарами купцов ждут на торг со всех концов,
Ждёт простой торговый люд - все Базар, как праздник ждут.
Плыл, торгуя у одних, меч пускал в ход - у других.
Дань накладывал на тех, промышлял кто ценный мех.
Путь не близок до Булгар, дед хватал любой товар.
Скрытно плыл, разбой, творя, в весях, где жила меря.
В рабство умыкал девиц, в путах вёз на торг, как птиц.
(На базарах у булгар бойко шёл живой товар).
Торговал на Волге всем за серебряный дирхем.
Покупал товары сам здесь желанные всем нам:
Ткань, посуду, топоры, гвозди, соль, для жён - дары:
Нити разноцветных бус, многое, на всякий вкус.
А влиятельным князьям на заказ скупал он там:
То, что шлёт Заморский Юг: самоцветы и жемчуг,
Злато, утварь и клинки, коих цены велики.
Дед знавал в товарах толк: покупал у персов шёлк
И, конечно, заодно, для души своей - вино…

Все материалы раздела «Внимание! Угрозы и тенденции»

Реклама


© Авторские права на идею сайта, концепцию сайта, рубрики сайта, содержание материалов сайта (за исключением материалов внешних авторов) принадлежат Наталье Ярославовой-Оболенской.

Создание сайта — ЭЛКОС