Персональный сайт Натальи Чистяковой — Натальи Ярославовой
Natalia Chistiakova—Natalia Yaroslavova’s Personal Website

Сабуровы: Царедворцы и Царица, княгиня Оболенская (Сабурова) - родоночальница князей Ярославовых

© Наталья Ярославова-Чистякова
11.11.2009 года, Санкт-Петербург

Я долго, как примерный статист, воспроизводила информацию о том, что в 15 веке супругой Ярослава Васильевича Оболенского (первого из князей Ярославовых) была дочь Михаила Федоровича Сабурова. Однако лишь при подготовке этой серии статей вдруг четко поняла, что фамилии Ярославовых и Сабуровых пересекались неоднажды и совершенно не случайно. Ведь Паисий (Ярославов) является хранителем тайн трех царей России: Василия II Темного, Ивана III и Василия Великого III, что охватывает период 15 и начала 16 века. Возможно, Паисий (Ярославов) также хранитель тайн и первой жены Василия III - Соломонии Сабуровой, родившей, по преданиям, после насильственного пострижения в монастырь, законного наследника российского престола Юрия (Георгия). И судьба, как раз, этого Юрия является одной из самых главных загадок последнего тысячелетия Руси. По этой причине авторству Паисия (Ярославова) приписывается даже труд « Выпись о втором браке Василия III». А вот уже в этом втором «проклятом» и неканоническом браке, женой Василия Великого III была Елена Глинская, родившая Ивана Грозного - последнего из Рюриков на престоле России.

Легенда о старшем сыне Василия III, появившемся на свет в монастыре за 4 года до рождения Ивана Грозного уже 500 лет занимает умы королевских историков и исследователей. Ведь, в случае её достоверности, законная ветка Рюриков, имевшая приоритетные права на престол, продолжала существовать в России в период правления Ивана Грозного, а,возможно, даже - и все три столетия правления Романовых.

Отсюда, сама по себе, встает тема о легитимности Ивана Грозного. Он осознавал эту свою критическую проблему. А из его великих страхов потерять трон родилась опричнина. В связи с проблемой прав Ивана Грозного на престол была и остается тема легитимности всех царей России также и после Ивана Грозного. И естественно возникает большой интерес к «проклятью», посланному второму браку Василия Великого с Еленой Глинской, а также тем потомкам, которые родятся от него. «Все вселенские патриархи осудили развод великого князя, а Патриарх Иерусалимский Марк предсказал рождение от второго брака младенца, который поразит мир своей жестокостью (Иоанна Грозного): «Если женишься вторично, то будешь иметь злое чадо: царство твое наполнится ужасом и печалью, кровь польется рекою, падут главы вельмож, грады запылают…». Несмотря на это предупреждение, Василий III отправил в монастырь свою первую жену Соломонию Сабурову, а Россия… залилась кровью. Старцы нестяжатели «школы Пасия (Ярославова)», вставшие на сторону Соломонии, попали после от этого в опалу.

Наблюдатели же от европейских королевских домов сошлись в мнении о том, что сын Соломонии Сабуровой был, видимо, тайно воспитан в одной из боярских семей под другой фамилией, а в народе родился миф о разбойнике Куде-Яре (возлюбленном бога), которого на Руси отождествляли, опять же, с сыном Василия III и Соломонии - Юрием (Георгием).

Не с той ли целью, чтобы я обратила внимание на этого Георгия (Юрия), мне на пути в последние годы встретилась целая «Плеяда Юриев», чему я посвятила главу «На «Юрьевой волны», паломничества по собственной жизни: «Утоли мои печали, Натали».

Если это правда, то получается, что Соломония Сабурова спасла род Рюриков, спрятав своего мальчика где-то в лесах от гнева Ивана Грозного. Во всяком случае, вся эта история, самого Ивана Грозного, беспокоила очень сильно и он отдавал прямой приказ Малюте Скуратову найти Юрия (Георгия) и уничтожить его…

Мне вдруг подумалось, что сказка А.С.Пушкина «О Царе Салтане» очень похожа на эту легенду о Соломонии Сабуровой, изгнанной вместе с новорожденным сыном, по навету разного рода «баб и бабарих». Ведь Василий Великий III искал своего первенца, после появления слухов о том, что Соломония в монастыре родила наследника престола… Однако Царь Василий III был: либо не слишком настойчив. Либо Соломония была слишком осторожна, защищая своего сына… Либо те делегации, которые Василий III посылал в монастырь, не внушали Соломонии доверия, а царю приносили ложную информацию… И если А.С. Пушкин писал про царя Бориса Годунова - дальнего родственника Соломонии Сабуровой от общего предка мурзы Чета, то он вполне мог и в «Сказке о царе Салтане» в зашифрованном виде сохранить легенду о Соломонии и потомках Рюриков - законных наследниках «Царства царя Салтана», т.е. - Руси. В ином виде, чем Сказка, в годы правления Романовых, эту легенду « О царице Соломонии Сабуровой и царевиче Юрии (Георгии)» нельзя было воспроизвести. И А.С.Пушкин гениально обошел « личную цензуру Императора».

Поскольку я в связи с легендами рода Ярославовых ищу гипотетическую могущественную женщину, жившую в средние века и спасшую родовую линию Ярославовых от вымирания (а может быть истребления), то пример Соломонии Сабуровой стал мне интересен именно в этом контексте. Как теоретически, могло происходить то, что называют «спасение рода» ? По какому сценарию ? Что могло быть основанием для «Проклятья рода», которому наступило время вернуть долг? Вот примерно такие вопросы меня интересовали.

Когда впервые появились Сабуровы вблизи трона Московский князей? Стала ли опала всех женщин Сабуровых вслед за Соломонией Сабуровой, причиной опалы рода Ярославовых? Ведь основатель рода Ярославовых- Оболенских был в самом близком родстве с Сабуровыми ? И ветка Ярославовых «прожив» совсем недолго, пресеклась именно в годы опричнины Ивана Грозного, если верить летописям, в том состоянии, в котором они дошли до нас после их «цезуры» Царем Иоанном - «братом» Куде-Яра.

Я посмотрела списки казненных Иваном Грозным. Не так уж много там князей … Но князь Александр Иванович Ярославов среди тех, кто попал в опалу Жестокого царя, боявшегося больше всего на свете бога Велеса и Грозного Архангела, которому писал в трепете письма. Писал, видимо, уже после того, как казнил «княжонка Ярославова».

А для подобострастных и коленопреклоненных писем в адрес Грозного архангела (архангела Возмездия), видимо, были серъезные основания. Я обратила внимание на этот факт, когда исследовала тему архангела Уриила. Иван Грозный страшился анхангела Грома и молний!

В определенном смысле Иван Грозный - заложник ситуации со вторым неканоническим браком его отца Василия III, который осудили все вселенские патриархи. И так вышло, что пленником этой ситуации он оказался по факту рождения. А дальше был уже включен формат: Если не убью я, то убьют меня после того, как лишат трона. И Грозный начал уничтождать всех, кто мог составить конкуренцию его «наследственным» правам на престол.

Над Иваном Грозным, безусловно, «висело» проклятье, адресованное Василию Великому III. И мне, в моем исследовании, пройти мимо этой темы невозможно, ведь Воспреемником при рождении Василия III был не кто иной как Паисий (Ярославов).

Это состоявшийся факт: Паисий (Ярославов) духовный отец и наставник Царя, породившего Ивана Грозного, и беспощадно уничтожавшего в последующем, ветку князей Ярославовых, по причинам, выяснению которых и посвящена настоящая статья. И первый парадокс видится уже в том, что сын «крестника» Ярославова убил последнего князя Ярославова!

Думаю, не случайно фигура Паисия (Ярославова) все больше занимает исследователей и внутри института современной Русской Православной Церкви. И все, так или иначе, задаются вопросом:

Как и где Паисий (Ярославов) мог познакомиться с царем Василием Темным ? Как и где Паисий (Ярославов) познакомился с его сыном Иваном III ?

Почему Иван III захотел, чтобы Паисий (Ярославов) был Воспреемником (близко к значению «крестный отец») его сына Василия III ?

Почему Паисия (Ярославова) назначали игументом Троицко-Сергиевской Лавры (тогда должность игумена в Лавре была наивысшая) ?

Почему Иван III предлагал Паисию Ярославову стать митрополитом Московским ? Почему после отказа Паисия (Ярославова) от этого сана, Московским митрополитом стал Симеон, духовным отцом которого, опять же, был старец Паисий (Ярославов) ? Почему именно его мнение было наиболее авторитетно на церковных соборах ? Только ли от того, что он был столь уважаемым старцем… Или тут дело в чем-то другом, намного более глубоком.

Высказываются разные гипотезы… Исследователей чрезвычайно удивляет тот факт, что Паисий (Ярославов) много знал об Афоне и Египте, и советовал Нилу Сорскому отправиться туда в паломничество… В воздухе «висит» вопрос о том, откуда сам Паисий получил информацию такого рода, которую можно узнать лишь из опыта собственного паломничества… Однако данных о таком паломничестве Паисия (Ярославова) нет.

Мягко ставится и вопрос о том, а когда же Паисий (Ярославов) вообще стал упоминаться в церковных летописях.

Установлен факт, что примерно в 1472 году Паисий Ярославов стал игуменом Троицко-Сергиевской лавры… Кто-то пытается «подтянуть» такую гипотезу, что впервые в Лавре Паисий появился уже в 1445 году… Однако мне эта версия видится пока недостаточной для того, чтобы на неё опереться… И в таком «перетягивании дат» есть признаки намерения «сдвинуть» сроки жизни Паисия ближе к началу 15 века, чтобы на этом основании доказывать невозможность его авторства, касательно воспоминаний о Втором браке Василия III, а следовательно, и о сыне Соломонии Сабуровой - Юрии. А также и других «житий», где Паисий упоминает, к примеру, о внуке Василия II Темного, который воспитывался в монастырях Кирилло-Белозерья.

Чем больше я изучала эту тему, тем ближе подходила к гипотезе о том, что Паисий (Ярославов) состоял в родстве с князьями Московскими.

И если размышлять о возможных родственных связях Паисия (Ярославова) с Московскими князьями, то надо вернуться во времена Великого князя Московского Василия II Васильевича Темного (внука Дмитрия Донского).

«Темным» князя Василия называли по той причине, что он был ослеплен «конкурентами» в борьбе за престол. А этими «конкурентами» были его ближайшие родственники, также как и он - внуки Дмитрия Донского. Т.е. бойня до ослепления (!) обеих сторон конфликта шла между внуками Дмитрия Донского!

И со второй стороны - в этом конфликте участвовали Василий Косой (Юрьевич) и Дмитрий Шемяка (Юрьевич)- сыновья Юрия Дмитриевича - брата Василия I. Это двоюродные братья Василия II Темного.

А началось все, как это нередко бывает, с женщины - царицы Софьи Витовны. Во время пира, посвященного Василию II, княгиня-мать Софья Витовна, чтобы показать превосходство своего сына, сорвала с Василия Косого, старшего сына Юрия Звенигородского, шитый золотом пояс, принадлежавший ранее Дмитрию Донскому.»

«…имался за пояс у князя Василья Косого», «а ркучи», добавляет архангелогородский летописец: «тот пояс пропал у меня, когда крали казну мою».

«Золотой пояс Дмитрия Донского» Софья Витовна воспринимала как атрибут, обеспечивающий легитимность и преемственность власти по типу царского скипетра и «шапки Мономаха». А отсюда и её действия, поссорившие на десятки лет её сына и его двоюродных братьев. Итог этой ссоры был таков, что и сама Софья Витовна потом отбыла почти год в плену у тех, кого оскорбила, и сын её был ослеплен ими, и ослеплены в ответ - оскорбители.

Позже Софья Витовна сыграла, можно сказать, положительную роль в судьбе князей Ярославовых. Однако после опалы Соломонии Сабуровой, этот «позитив», «пришедший» Ярославовым, в том числе, и от Софьи Витовны, обернулся для них той же самой опалой, в которую попали Сабуровы.

Ради исторической правды надо заметить, что первым ослепил своего родственника Василия Юрьевича Косого, как раз Василий II Темный. Встречное же ослепление Василия II носило уже характер ответа на этот «беспредел» с его стороны.

Н.М.Карамзин пишет: «Совершилось злодейство, о коем не слыхали в России со второго-надесять века: Василий дал повеление ослепить сего брата двоюродного. Это злодейство было настолько крупным, что вызвало мятеж и низложение Василия II. При этом Василий II был захвачен в плен и заточен… После возвращения из первого плена, против Василия II был составлен заговор князей. Василий II был схвачен, ему были предъявлены обвинения «от имени Дмитрия Юрьевича, Иоанна Можайского и Бориса Тверского». Он был отрешен от власти… Василий II был ослеплен» (Источник «Цари-Ханы Русско-Ордынской Великой «Монгольской» империи XIII-XVI веков н.э. И их отражения - императоры Габсбурги XIII-XVI веков»)

«В некоторых летописях приведены причины, побудившие Шемяку ослепить Василия: «Зачем привел татар на Русскую землю и города с волостями отдал им в кормление? Татар и речь их любишь сверх меры, а христиан томишь без милости; золото, серебро и всякое имение отдаешь татарам, наконец, зачем ослепил князя Василия Юрьевича?» (В.Соловьев «Княжение Василия Васильевича Темного» (1425-1462)

Обращу внимание,что все это происходило уже после Куликовской Битвы, когда в с самом «монголо-татарском стане» разворачивался процесс распада, в т.ч. из-за династических распрей. И татарские ханы уже не имели «административного ресурса» для того, чтобы поддерживать выдаваемые ими ярлыки на власть. Тем не менее, забыв победы Дмитрия Донского и наказы Семена Гордого, внуки Донского потянулись присягать в ханство за ярлыками.

Т.е. дикая вражда между внуками Дмитрия Донского получила свое развитие ещё и после того, как вопросы о престолонаследии Василий Темный и Василий Юрьевич Косой хотели решить у татарских ханов. Со стороны Василия Темного аргументы состояли в том, что престол должен перейти по правилу старшинства. Но правила престолонаследия тогда предполагали много вариаций. Наследниками могли быть и дяди, и племянники и двоюродные братья. Татарский хан «выслушав стороны» ярлык на правление дал тому, кто лучше ему польстил. А лучше, в самом начале этой кровной вражды, польстил Василий Васильевич II. Однако Василий Юрьевич Косой и Дмитрий Шемяка не согласились с таким решением хана…

И тут есть желание спросить: «А зачем шли к хану, если он уже не мог в те годы обеспечить исполнение своего решения ?»

В итоге, начались многолетние войны за престол. Василию Юрьевичу Косому даже удалось на короткое время побывать в ипостаси Московского князя.

Здесь было все! Клятвы, которые потом нарушались. Крестоцелования. Пленение матерей (Софьи Витовны - Матери Василия Темного) и беременных жен (Марии Ярославны - жены Василия Темного). Попытки укрываться на священных территориях - в церквях. Здесь жизнь висела не один раз на волоске. И только икона в руках Василия II однажды спасла его от последнего решающего взмаха руки его братьев.

В один из таких критических моментов Василий II принял на себя клятву отказаться от состязательности за престол, которую боялся потом нарушить…

А снять с себя эту кляву, ему помогли монахи того самого Спасо-Каменного монастыря, Сказанием (odrl.pushkinskijdom.ru) о котором известен Паисий (Ярославов). В этом монастыре Василий II молил о возвращении ему престола. В этом монастыре на Кубенском озере монах Трифон принял на себя кляву Василия II.

«Василий получил богатые дары и Вологду в отчину, давши наперед Шемяке проклятые грамоты не искать великого княжения. Но приверженцы Василия ждали только его освобождения и толпами кинулись к нему. Затруднение состояло в проклятых грамотах, данных на себя Василием: Трифон, игумен Кириллова Белозерского монастыря, снял их на себя, когда Василий приехал из Вологды в его монастырь под предлогом накормить братию и раздать ей милостыню. С Бела-озера великий князь … с тверскими полками пошел на Шемяку к Москве» (В.Соловьев «Княжение Василия Васильевича Темного» (1425-1462) А был это 1446 год

Насколько я понимаю, весь грех и наказание за нарушение этой клятвы, после такого «перевода стрелок», перешли с Василия Васильевича II на этого героического монаха. И Василий II c чистой совестью, из Спасокаменого монастыря, отправился возвращать себе Московский престол. И он получил этот престол.

Моральные и духовные силы, а также благословение для возвращения престола Василию II вручили в Спасо-Каменном монастыре. Можно сказать, что этот монастырь дал ему власть в руки. И уже только за этот «акт передачи власти» и её легитимации Царь Василий II должен был испытывать огромную благодарность к Спасо-Каменному монастырю. А история монастыря, вместе с историей главных фигур, сохранена для потомков, опять же, ни кем иным, как - Паисием (Ярославовым).

Ныне Паисия (Ярославова) за все эти воспоминания и жития называют духовным писателем… Однако это намного более крупная фигура. Паисий (Ярославов) - духовних почти всего Великокняжеского семейства…

Что же касается Спасо-Каменного монастыря на озере Кубенском , которое потом называлось «Родовым гнездом» Василия Темного, то «по духовной Василия Темного их родовое гнездо Кубена было дано Андрею Меньшому». Князем Андреем Васильевичем «Меньшиком» Паисий (Ярославов) называл Вологодского (князя Андрея) - младшего сына московского великого князя Василия Темного. А Андрей Васильевич Большой - (прозвищем Горяй) - это 3-й сын великого князя московского, Василия Темного. По смерти отца, по его духовной он получил в удел Углич, Звенигород и Бежецк. Поэтому Андрея Большого иначе ещё называют Князь Углицкий, Звенигородский и Можайский, так его именовал и Паисий (Ярославов). Обо всем этом писал Паисий (Ярославов) в его труде об истории Спасо -Каменного монастыря.

Вероятно, главная героиня одной из книг С.Алексеева «Покаяние Пророков» - боярышня Вавила, наследница древнего рода Углицких, подразумевалась автором представительницей этой ветки, идущей от Андрея Большого - Сына Василия Васильевича II Темного. Ну и тема Лжедмитрия (Дмитрия Углицкого) также, похоже, присутствовала в «Покаянии Пророков».

Паисий (Ярославов) составлял и духовные (завещания) для членов великокняжеского дома, т.е. знал их последнюю тайную волю: «Последнее известное деяние троицкого старца Паисия - это участие в написании духовной грамоты князя Андрея Васильевича…» Эти данные приведены в докладе «Старец Паисий Ярославов», который был сделан Архимандритом Макарием (Троице-Сергиев Пасад) на II Международной конференции «Комплексный подход в изучении Древней Руси» (Москва) в 2003 году.

В одном из серъезных источников я встретила романтическое сравнение острова на Кубенском озере, где расположен Спасо-Каменный монастырь, с островом - Буяном… Не потому ли сделан этот намек, что именно в этом монастыре был спрятан и воспитан, под какой-либо боярской фамилией, сын Соломонии Сабуровой - Юрий (Георгий).

Во все эти описываемые мною времена, когда «Московский престол» двигался между родственными кланами, на стороне Василия Васильевича II Темного неизменно находился Василий Иванович Косой Оболенский - отец Ярослава Васильевича Оболенского - родоночальника ветки князей Ярославовых.

Историк В.Соловьев обращает внимание на то, что князья Оболенские - потомки св. Михаила Черниговского (Черниговский княжеский дом) всегда были самым верным оплотом московских князей. В этом и есть причина того, что князья Оболенские оказались наиболее близки к московскому престолу, в сравнении со всеми другими княжескими родами. При этом, из самих князей Оболенских В. Соловьев выделяет, Семена Оболенского, Глеба Оболенского и Василия Косого Оболенского:

«Из князей Рюриковичей на службе московского князя виднее других являются князья Ряполовские и Палецкий, потомки Ивана Всеволодовича Стародубского, и Оболенские, потомки св. Михаила Черниговского.Из шести сыновей князя Ивана Константиновича Оболенского трое внесли свои имена в летопись: Василий, Семен и Глеб».

Запись эта относится уже к эпохе Ивана III. В дни же правления Василия II Темного, самым близким и верным ему надо считать все-таки Василия Ивановича Косого Оболенского

И если многие бояре в те времена метались между враждующими « родовыми кланами» наследников московских князей, то Василий Иванович Косой - отец первого из князей Ярославовых, всегда был на стороне царя Василия Васильевича II. Такая его верность, естественным образом, определила высокие позиции Василия Ивановича Косого и его сыновей в «московских властных элитах» того времени.

Более того, кроме Верности Василий Косой Оболенский в 1445 году «оказал великому князю Василию II большую услугу, перехватив татарского гонца Бегича, вёзшего грамоту казанского хана Улу-Мухаммеда к галицкому князю Дмитрию Юрьевичу Шемяке - заклятому врагу Василия II - по поводу лишения последнего великокняжеского стола».

Если перевести на современный язык, то от хана везли Приказ о снятии Василия II с царской должности. Ясно, что при обнародовании такого «Приказа» легитимность Василия II в глазах бояр и народа приблизилась бы к нулю. Поэтому перехват «бумаги на отъем ярлыка», совершенный Василием Ивановичем Косым Оболенским, подобен перехвату Указа о снятии, к примеру, Председателя Правительства. Ведь выигранное время, в таком случае, дает высокие шансы сохранить власть, даже если речь идеи о часах. Т.е. «перехват» позволяет использовать власть в эти последние часы так, чтобы сохранить её ещё на многие десятилетия. Оттого и в нынешние времена «перехват» всяких приказов и телеграмм о назначении и снятии имеет первостепенное значение в перераспределении власти в государстве.

Что,кстати, является признаком кризиса легитимации власти, если говорить о современной России.

В этом смысле в сегодняшней России есть те же самые приметы, которые отмечались в 15 веке и повлекли за собой жестокие расправы между кланами.

Перехват гонца с отзывом Ярлыка на правление - далеко не единственная заслуга Василия Ивановича Оболенского Косого.

«Будучи «большим воеводой», Оболенский-Косой в 1450 нанёс решающее поражение Дмитрию Шемяке и выгнал его из Галича. До этого, в 1443 году он успел разбить татарское войско во главе с золотоордынским царевичем Мустафой, ворвавшееся в Рязанскую землю. В 1445 году он был и Воеводой в Муроме, а спустя 40 лет, в 1485 году, уже при Иване III, ходил к Казани во главе войска, чтобы согнать с престола Али-хана и возвести Мухаммед-Эмина. Весной 1497 вновь водил в конной рати большой полк к Казани, чтобы согнать с казанского престола сибирского царевича Мамука и посадить ханом Мухаммед-Эмина. В 1486 ходил 1-м воеводой к Казани. А до этого в 1493 году был 1-й воеводой в Можайске (www.hrono.info).

Итак, он воевал больше 40 лет! В каком же возрасте он начал воевать и сколько прожил ? Даже если он начал войну в 20 лет, то получается, что на Казань ходил уже в 60 лет! Но самым интересным является финал этой истории.

Василий Иванович Косой Оболенский в завершающей части жизни постригся в монахи под именем Варсонофия (www.rurik.genealogia.ru).

Важным в понимании такого пострижения в монахи, а также в исследовании истории рода Ярославовых является тот факт, что племянником Василия Ивановича Косого Оболенского был архиепископ Ростовский и Ярославский Иоасаф (князь Иван Михайлович Оболенский, умер в 1514 году).

Таким образом, Ярослав Васильевич Оболенский - родоначальник князей Ярославовых -Оболенских, наместник Ивана III в Пскове, был двоюродным братом Архиепископа Ростовского и Ярославского Иоасафа.

Кратко история о том, как этот Оболенский - родственник Ярославовых оказался сначала в монастыре, а затем на должности архиепископа, такова:

Он «Был сначала служилым князем у великого князя московского. Около 1436 г. он женился на княжне Дарье Андреевне Луговской. По словам будущего архиепископа, судьбу молодожёнов предсказал ростовский юродивый Исидо Твердислов. Через год княгиня умерла при родах и тогда князь постригся в монахи в Белозерском Ферапонтовом монастыре. … По преставлении игумена преподобного Мартиниана, в 1480 г. он был избран братиею в игумны, а в 1481 г. 22 июня посвящён в сан архиепископа Ростовского. По годам это было уже чуть позже того, как Паисий (Ярославов) стал игуменом в Троицко-Сергиевской Лавре (1478-1482 годы):

«Иоасаф I, бывый князь Оболенскiй, по кончине Вассианове, из Ферапонтова монастыря взят, поставлен бысть архиепископ Ростову от митрополита Геронтия в то же лето 6989-е, от рождества 1481-е. При сем Касиан Углицкий пострижен бысть. Все ростовские епископы Оболенский один… (www.mystudies.narod.ru).

«В 1489 г. Архиепископ Ростовский и Ярославский (из Оболенских) отошёл на покой обратно в Ферапонтову пустынь. В 1490 г. после пожара построил первую здесь каменную церковь- собор Рождества Богородицы- и пригласил для его росписи иконописца Дионисия. Здесь он и скончался в глубокой старости, почти ста лет».

Если бы в свое время художник Николай Дронников (проживающий в Париже, в связи с эмиграцией третьей волны- периода застоя) не обратил мое внимание на фрески Дионисия, то я быть может, не изучала бы с таким большим вниманием всё, что относится к истории росписи Дионисием стен Ферапонтова монастыря и самого Ферапонтова монастыря.

Если в контексте Г.Островского и его известных портретов «Ярославовых - Черевиных» из «Малой Третьяковки» Костромского музея, иногда высказывается такое мнение, что художник прославил тех, кто заказал ему портреты, то можно ли по аналогии сказать подобное о Дионисии… («Помни имя свое: Фантом Ярославовых и Черевиных в «Малой Третьяковке» усадьбы Нероново…»). К примеру: «Дионисий прославил архиепископа Ростовского и Ярославского…». Быть может, надо все-таки вести речь о том, что архиепископ - урожденный Иван Михайлович Оболенский, умел ценить талант. Он, а не кто-либо иной, оценил Дионисия и дал ему пространство для реализации его идей и творческого потенциала, который сейчас поражает планету. Ведь Фрески Дионисия, созданные по инициативе архиепископа Ростовского сегодня являются наследием ЮНЕСКО! В жизни любого Творца всегда очень важной является такая фигура и её заслуги нельзя умалять. Талант и тот, кто может его оценить - вот две составляющие извечной славы! Оболенские и Ярославовы остались в истории, потому что они умели ценить таланты. Так было и в случае с фресками Дионисия. И ровно тоже самое, произошло два столетия спустя с картинами руки Г.Островского. Не этому ли надо учиться сегодняшним правителям, мечтающим остаться в истории. Надо не умалять от зависти роль тех, кто умел оценить талант. А самим дать раскрыться талантам. Вот тогда и имя ценителя рядом с именем Великого мастера будет звучать в веках! Секрет Бессмертия - здесь!!! Я обращаю внимание на эту формулу Бессмертия, если кто-то её ищет.

Мало кто поверит, что в возрасте почти 80 лет бывший архиепископ Ростовский и Ярославский думал о славе. Большая Слава и Большое Имя всегда получаются неожидаемо, как итог Большого Добра.

Таким образом. Опять больше Добро, в данном случае, архиепископа Ростовского и Ярославского (из Оболенских) помогает мне в моем поиске. Благодаря вниманию ко всей этой истории и к тем словам, которые мне говорили, а также и к тем советам, которые мне давали, я поняла вот такую ключевую вещь.

Двоюродный брат Ярослава Васильевича Оболенского (родоначальника Ярославовых-Оболенских) - архиепископ Ростовский и Ярославский Иоасаф был одновременно близок и к Паисию (Ярославову).

Тут надо писать (Ярославов) именно в скобках: так, как он именуется в православных источниках. К примеру, ученик Паисия (Ярославова) Нил Сорский, именуется и как Нил (Майков) Сорский. И здесь фамилия «Майков», выделенная в скобки, указывает на знатный род, в котором родился великий старец. Аналогично, фамилия «Ярославов», выделенная в скобках, означает то, что старец Паисий был из рода Ярославовых. И годы его жизни приходятся как раз на тот период, когда выделилась ветка князей «Ярославовых -Оболенских».

Более того, Паисий (Ярославов) и архиепископ Ростовский и Ярославский, можно сказать, были наиболее близкими единомышленниками.

Когда исследователи хотят доказать тот факт, что старец Паисий (Ярославов) обладал очень большим авторитетом, то они ссылаются на следующее:

«Новгородский архиепископ Геннадий (1484-1504; +1505. Пам. 4 дек.) … в 1489 году в послании архиепископу Ростовскому Иоасафу он спрашивал о старцах Паисии и Ниле, чтобы пригласить их в Великий Новгород и посоветоваться с ними относительно ереси жидовствующих и ожидаемого конца света в связи с приближающимся завершением седьмой тысячи лет. «Да чтобы еси послал по Паисея, да по Нила, да с ними бы еси о том посоветовал: «Преидут три лета, кончается седмая тысяща»… «Да и о том ми отпиши: мощно ли у мене побывати Паисею да Нилу, о ересех тех было с ними поговорити». Таким образом, в 1489 году старец Паисий, как и преподобный Нил, находился в Заволжье, и их авторитетное слово было важно для Новгородского владыки. В 1490 году оба старца, учитель и ученик, участвовали в Соборе, проходившем при Митрополите Зосиме в Москве против «жидовствующих» еретиков».

Как видим, и конец света ждали к седьмому тысячелетию, и о «ереси жидовствующих» дискутировали… Все как и сейчас.

Мне эти факты интересны и в другом ракурсе. Во-первых, в Ростовской и Ярославской епархии, к которой относилась и сеть Кирилло-Белозерских монастырей, среди игуменов, старцев и архиепископов было очень много представителей княжеских и знатных фамилий. Возможно, вообще, все они в 15 веке были из знатных родов.

Таким образом, есть основания высказать гипотезу о том, что Паисий (Ярославов) был в близком родстве с князьями Ярославовыми и Оболенскими.

Однако близкое родство с князьями Ярославовыми и Оболенскими, при тех данных которые мною пока открыты, не тождественно близкому родству с Великими Московскими князьями.

Ярослав Мудрый - вот общий предок князей Оболенских и князей Московских. Но 15 век, о котором идет речь, отделяет от Ярослава Мудрого несколько веков и много десятков колен.

Поэтому родство должно быть более близким. А на родство, как указывает тот факт, что Паисий (Ярославов) был Воспреемником Василия III.

И вот тут возникает линия Сабуровых.

Сам Михаил Федорович Сабуров появился в окружении Василия Васильевича II Темного, после его победы над Дмитрием Шемякой, на стороне которого в предшествующие годы Сабуров выступал в затяжных войнах двоюродных братьев за московский престол. Однако отличился перед Василием II Темным он тем, что сопровождал полоненную мать Царя Василия- Софью Витовну из плена Дмитрия Шемяки. По всей видимости, именно в этот момент Михаилу Федоровичу Сабурову удалось войти в большое доверие к Софье Витовне - матери государя Василия II. И после присяги в верности её сыну, через какое-то время верной службы, Михаил Сабуров был назначен Первым Дворецким наследника царя Василия Васильевича II Темного - Ивана III!

В истории описывается это так и относится событие к 1447 году:

« Великий князь (Василий Темный), узнавши, что Москва за ним, двинулся к Волоку на Шемяку. Из Ярославля Василий послал сказать Шемяке: «Брат князь Дмитрий Юрьевич! Какая тебе честь или хвала держать в плену мою мать, а свою тетку? Неужели ты этим хочешь мне отмстить? я уже на своем столе, на великом княжении!» Отпустивши с этим посла к Шемяке, великий князь отправился в Москву, куда приехал 17 февраля 1447 года; а Шемяка, выслушавши посла Василиева, стал думать с своими боярами. «Братья,- говорил он им,- что мне томить тетку и госпожу свою, великую княгиню? Сам я бегаю, люди надобны самому, они уже и так истомлены, а тут еще надобно ее стеречь, лучше отпустим ее». Порешивши на этом, он отпустил Софью из Каргополя с боярином своим, Михаилом Федоровичем Сабуровым, и детьми боярскими. Великий князь, услыхав, что мать отпущена, поехал к ней навстречу в Троицкий монастырь, а оттуда с нею же вместе в Переяславль; боярин Шемякин, Сабуров со всеми своими товарищами добил челом великому князю, чтоб принял их к себе в службу» (Глава 2. «Княжение Василия Васильевича Темного (1425-1462), «Военная литература»).

Однако Первым Дворецким Михаил Федорович Сабуров стал не сразу, а спустя 15 лет после этого события. В частности, те данные, которые я имею, указывают на то, что Первым Дворецким Ивана III Михаил Федорович Сабуров был только два года, перед смертью Василия II Темного.

И где-то в эти же годы дочь Михаила Сабурова вышла замуж за Ярослава Васильевича Оболенского (Ярославова) - сына Василия Ивановича Косого Оболенского, оказавшего Василию II неоценимые услуги, описанные выше, в т.ч по «перехвату» приказа об изъятии у него ханского ярлыка на великокняжеское правление.

Кто и кого в этих отношениях протяжировал не совсем ясно. Или Василий Косой помог Михаилу Сабурову стать Первым Дворецким, либо Василий Косой Оболенский решил породниться с Сабуровым после его назначения.

Должность Первого Дворецкого Великого князя в то время можно сравнить с должностью Мажордома и Управляющего делами во дворце.

«В России Дворецкий изначально был главой дворцового управления. С момента зарождения (15 век) слово Дворецкий означало высочайшую должность и благосостояние. Дворецкий был, говоря современным языком, своеобразным топ-менеджером, но только ему позволялось обслуживать царя и членов его семьи. Его уровень устранял преграды во взаимопонимании с царствующими особами, а его привилегии и достаток делали бессмысленным подкуп со стороны недоброжелателей».

В годы правления Ивана III - сына Василия II в окружении царицы Марии Ярославны упоминается также воевода Сабуров. Это следует из следующей цитаты:

«В этой же группе следует Двор великой княгини Марии Ярославны во главе с ее воеводой - родным братом Василия Сабурова. Во владения великой княгини, как известно, входил Ростов - все ростовцы следуют в поход в одном соединении» (1477 год). В данном случае, мною процитирована книга «Походы русских войск при Иване III» автора Алексеева Ю. Г.

Мария Ярославна пережила своего супруга на много лет. Поэтому здесь упоминается её группа и её Воевода уже в период правления Ивана III. Надо сказать, что и при слепом царе-муже Василии II Темном, правила в основном Мария Ярославна вместе с матерью царя - Софьей Витовной.

Воевода Сабуров появился у вдовой царицы Марии Ярославны спустя 15 лет после того, как его родственник Михаил Федорович Сабуров, дошел до вершины своей карьеры при царском дворе и стал Первым Дворецким. Этим воеводой княгини Марии Ярославны - был Семен Пешок- Сабуров. Его ещё называют так: «княже Андреев Меншего Семен Пешков Сабуров», воевода вологодский. А более понятно так: Семен Федорович Пешок Сабуров, воевода князя Андрея Вологодского и великой княгини Марии Ярославны. Он же упоминается в составе Боярской Думы XY-XYI века.

Обращу внимание, что Андрей Вологодский - это младший брат царя Василия Васильевича II Темного, которому отдали Вологду в удел. Его, как уже ясно из того, что говорилось выше, часто упоминает в своих трудах Паисий (Ярославов), в контексте щедрых пожертвований княжеского сына Спасокаменному монастырю в Белозерье. Было бы удивительно, если бы сыновья Василия II Темного не жертвовали этому монастырю. Ведь в этой обители на Кубенском озере их отца освободили от клятвы и дали благословение на «взятие престола Москвы».

Боярином и воеводой в княжение Ивана III был также Сабуров Андрей Васильевич (?-1534) сын В. Ф. Сабурова - брата Михаила Федоровича Сабурова.

Т.е. расстановка сил такова. Михаил Федорович Сабуров - Первый Дворецкий. Его брат Семен Федорович -Воевода, также как и племянник (сын Василия Федоровича Сабурова).

Всего братьев «Федоровичей» было четверо: Михаил, Василий, Семен и Константин.

Родоначальником же ветки Сабуровых - был Федор «Сабур» или иначе Федор Иванович «Сабур».

А Федор «Сабур», в свою очередь, правнук Мурзы Чета (в крещении Захарии). От другого праправнука Мурзы «Чета» пошел род Бориса Годунова. Но первая родственная нить, которая связывала Бориса Годунова с царским престолом возникла через Сабуровых. Т.е. Сабуровы, « подтянули» ближе к трону Годуновых. Но Годуновы в части близости к «Московскому трону» не были первыми и это важный факт. Потому что знатность рода определялась ДАТОЙ начала служения царю и престолу.

Соломония (Юрьевна) Сабурова, с опалы которой началась и опала князей Ярославовых, это внучка одного из четырех братьев «Федоровичей», в частности, брата Константина Федоровича, рожденная в семье его сына Юрия Константиновича.

До опалы Соломония Сабурова 20 лет была полноправной Царицей на Руси!

Сам царь Иван III выбирал Соломонию Сабурову женой для его сына Василия III! Выбрана она была в конкурсе 500 невест.

Но очень похоже, что на выбор царя Ивана III существенным образом повлияло мощное окружение Сабуровых, пришедших к этой Большой власти через трех женщин:

Софью Витовну - мать Василия II,

Марию Ярославну - супругу Василия II и

Княгиню Оболенскую (урожденную Сабурову) - супругу Ярослава Васильевича Оболенского (Ярославова) - и дочь Михаила Федоровича Сабурова. А за ними соответственно «стояли» князья Оболенские (св.Михаила Черниговского) и Кирилло -Белозерские старцы- нестяжатели, которые в те времена были очень большой силой.

К примеру, «Сообщения летописи о событиях того времени показывают особую роль Троицкого настоятеля Паисия (Ярославова) в жизни Великокняжеского дома», о чем уже в наши дни (2003 год) говорил в своем докладе «Старец Паисий Ярославов» на II международной конференции Архимандрит Макарий (Троице-Сергиев Пасад).

К тому же среди заволжских старцев были не только Оболенские и Ярославовы, но и Вельяминовичи, которые также как и Сабуровы вели свой род от Мурзы Чета. Основатель Кирилло-Белозерской обители преподобный Кирилл Белозерский, до его пострижения в миру именовался: Козьма Тимофеевич Вельяминов (Зернов) и относился к знатному роду Вельяминовичей. На значимость этой исторической фигуры обращалось внимание в третьей части публикуемой мною серии статей «Кириллово-Белозерье и Ярославовы: порт 5 морей, монастыри «заволжских старцев» и «опальных княгинь России». В 1390 году он стал настоятелем Симонова монастыря. Однако, мечтая об уединении, молился Божией Матери, чтобы она указала ему место, где он нашел бы нужное ему. Во время молитвы Пречистая явилась ему и сказала: «Иди на Белоозеро» (www.bogolub.narod.ru)

Мурза Чет в этом повествовании воспринимается несколько удивительно., ведь его потомки обозначаются не только в главной Православной обители - Северной Фиваиде, но и на престоле России - в лице Соломонии Сабуровой, но это интересная фигура в российской истории (www.russkie-idut.ru). Татарский царевич -сын полоненной славянки, построил по обету (в связи с чудесным исцелением) Ипатьевский монастырь в Костроме, где позже «опознавали» как царя Бориса Годунова и «присягали» Романовым. «В 1613 году во время польской интервенции в России в Ипатьевском монастыре укрылась инокиня Марфа Романова, с сыном Михаилом, Будущим первым Царем Дома Романовых - Михаилом Феодоровичем». Сам Мурза Чет, в крещении Захария, тоже похоронен в этом монастыре.

Что-то было в этом Мурзе Чете -Захарии, если все пытались в его монастыре сохранить свою царскую власть. Хотя спустя века, в Ипатьевском доме её же и потеряли…

Так что и эту составляющую крови Соломонии Сабуровой надо считать важной.

Не удивительно, что получая помощь от женщин, Сабуровы начали продвигать во власть и четвертую женщину - Соломонию Сабурову, которая могла гарантировать им сохранение сильных позиций у московского престола, что и имело место в течение 20 лет её брака с Василием III.

С учетом описанной истории, с большой уверенностью можно сказать, что после того, как Михаил Федорович Сабуров породнился со «Спасителем» Василия Темного - Василием Ивановичем Оболенским, отдав свою дочь замуж за его сына Ярослава - (родоначальника ветки князей Ярославовых) род Сабуровых и начал свое движение к царским позициям, позже занятым Соломоний Сабуровой.

Т.е. у князей Ярославовых и Оболенских был резон «лоббировать» на Московский престол племянницу жены князя Ярославова Васильевича Оболенского.

Надо сказать, что Князь Ярослав Оболенский своей женой княгиней Оболенской (Сабуровой) очень дорожил.

Известна история,как псковский наместник князь Ярослав молил Савву Крыпецкого, в отношении которого имел Великую веру, спасти его заболевшую жену.

В статье о Крыпецком монастыре эта история о том, князь Ярослав Оболенский спасал родоначальницу рода князей Ярославовых описывается так:

«Псковский Наместник, князь Ярослав Васильевич Оболенский имел великую веру к преподобному Савве, подавал много милостыни обители и еженедельно приезжал туда к всенощному бдению. Однажды он вздумал отправиться туда со своей супругой, которая была больна и хотела просить Преподобного об исцелении. У княгини заболели глаза, и князь с нею и со свитой двинулся в леса к почитаемому старцу, который занимался врачеванием.Но прозорливый старец выслал ему навстречу ученика своего с такими словами: «грешный старец Савва говорит тебе, князь: не входи с княгинею в монастырь, ибо по преданию Св. Отцов не дозволено женщинам входить в обители иноческие, если же не послушаешь меня, то супруга твоя не получит исцеления». Князь смиренно повиновался, взошёл один в монастырь и просил прощения в нарушении заповеди, которой не знал, а старец вышел к княгине за ворота обители, там отслужил для неё молебен с водосвятием, и окроплением Св. воды исцелил княгиню от болезни. Благодарный князь в память об этом исцелении, устроил, через непроходимые болота мост к обители Св. Саввы в 1 400 сажен длиною (около 3 километров) (www.pskovgo.narod.ru).

И этот мост в честь урожденной Сабуровой получил название «Ярославов мост»!

Так что, первой Великой Сабуровой была жена князя Ярославова- Оболенского.

В память об этом событии есть икона первой половины XVII в:

«Евфросин Псковский, Савва Сербский, Иоанн Богослов и Савва Крыпецкий с Житием последнего. Клеймо: исцеление жены псковского наместника князя Ярослава Васильевича Оболенского».

Икона не случайно появилась только в первой половине XVII в, ровно тогда же, когда были вновь открыты труды Паисия (Ярославова). До этого даже имена Ярославовых и Сабуровых были в опале. А к первой половине XVII века князей Ярославовых в публичном поле уже извели и казнили… Остались только Ярославовы: в бегах, в лесах, и в кельях Кирилло-Белозерских и Ростовских монастырей.

Жители Пскова не любили псковского наместника Ярослава Васильевича Оболенского, не раз обращались к Ивану III о его замене. По описаниям он сильно перестарался в централизации власти в пользу московского княжества. А Псков был город Вольный! Однако Великий князь Московский Иван III всегда выступал на стороне родоночальника ветки князей Ярославовых. Такое отношение могло быть связано с тем, что Иван III очень уважал Паисия (Ярославова), да и князь Ярослав Оболенкий был весьма набожным.

Вот такое противоречие в человеке, когда иногда внутренняя «Ярь» опережает, на определенном этапе, развитие духовности, а потом приходится весь финал жизни отмаливать грехи за эту безудержную в молодости «Ярь».

Я думаю, что правильно считалось, позором для князя, если он в какой-то момент перестал контролировать свою «Ярь» и «Ярь» проявилась спонтанно, а не по личному осмысленному приказу князя своему личному «Я».

Это тоже связано с темой той самой Воли, которую запрещали подавлять старцы -нестяжатели. Подразумевается подавление не со стороны собственного «Я», а со стороны других людей.

Князь Ярослав Васильевич Оболенский неожиданно пропадает в летописях вместе с женой Сабуровой. Видимо, в этом причина записи, что вся семья, вероятно, умерла во время эпидемии моровой язвы, включая жену и детей. Однако ветка князей продолжается в князьях: Константине Ярославовом, Иване Ярославовом, Александре Ярославовом, Михаиле Ярославовом… Т.е. дети княгини Сабуровой (в браке Оболенской) не погибли во время мора… и о них история впереди.

Таким образом, роды Сабуровых и Ярославовых на престоле Московской Руси были плотно связаны между собой. И если в опалу попадал один род, то должен был попасть в опалу и второй род, пока их родственные связи были близкими. Именно это, со всей очевидностью, и произошло после пострижения в монахини цырицы Соломонии Сабуровой. И тем более, после появления слухов о том, что она в монастыре родила наследника престола от Василия III!

Не трудно понять, что старцы - нестяжатели, среди которых было много Оболенских и Ярославовых, находящихся по всем признакам в родстве, также имели мотив поддерживать женщин Сабуровых на царском троне.

Защищая Соломонию Сабурову и выступая против её насильственного пострижения в монастырь, заволжские старцы, одновременно, стремились спасти женщин Сабуровых на престоле Руси и сохранить эту царскую линию…

О том, удалось ли им спасти наследника Юрия (Георгия), а также о том, как старцы воспитывали «скрытых царевичей» в монастырях Кириллово-Белозерья и Ростова - в продолжении…

Все материалы раздела «Внимание! Угрозы и тенденции»

Реклама


© Авторские права на идею сайта, концепцию сайта, рубрики сайта, содержание материалов сайта (за исключением материалов внешних авторов) принадлежат Наталье Ярославовой-Оболенской.

Создание сайта — ЭЛКОС